Сравнительный анализ социокультурной ситуации развития дошкольников в России и Эквадоре.

Диссертант: Санчес Берналь Мария Эухения
Год защиты: 1994
Ученая степень: кандидат психологических наук
Специальность: Возрастная и педагогическая психология
Научный руководитель: Смирнова Е.О.
Ведущее учреждение: МГУ имени М.В. Ломоносова.
Место выполнения: Психологический институт РАО
Оппоненты: Дьяченко О.М. Абраменкова В.В.
САНЧЕС БЕРНАЛЬ МАРИЯ ЭУХЕНИЯ

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ СИТУАЦИИ РАЗВИТИЯ ДОШКОЛЬНИКОВ В РОССИИ И ЭКВАДОРЕ

АКТУАЛЬНОСТЬ TEМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Психическое развитие ребенка всегда происходит в конкретном социально-культурном пространстве. Многочисленные психологические исследования показывают зависимость особенностей развития ребенка от образовательных программ, от стратегии роди­тельского поведения, от отношения взрослых к детям и пр. Одна­ко в России эти исследования осуществляются, как правило, в рамках одной культуры и единого общества. При этом сама социокультурная ситуация остается за рамками исследования и являет­ся некоторым необходимым и неизбежным фоном развития ребёнка.

Для понимания специфики самой социокультурной ситуации не­обходим выход за ее пределы, рассмотрение ее извне, с другой точки отсчета, а именно - соотнесение ее с другой ситуацией, существующей в другой культуре и другом обществе. По словам М.М. Бахтина, культура осознает себя на границе, выходя за собственные пределы. Осуществить такой выход за границы собственной социокультурной ситуации позволяют кросскультурные исследования.

Традиции кросскультурных исследований в мировой возрастной психологии достаточно богаты и разнообразны. В последние деся­тилетия в большинстве развитых стран реализуются программы, направленные на сравнительные исследования самых различных ас­пектов детского развития и условий воспитания ребенка в разных странах. Существует несколько международных институтов, орга­низующих различные психолого-педагогические кросскультурные исследования (например IEA и др.). К сожалению Россия, как и Эквадор, до сих пор оказываются не включёнными в эти исследо­вания.

В настоящее время, когда Россия становится всё более открытой страной, ее включение в мировой психологический контекст посредством сравнительных кросскультурных исследований стано­вится особенно актуальным. Кроме того, осознание и выяснение специфики образовательной и воспитательной ситуации, (через ее сравнение с другой социокультурной ситуацией) является акту­альным как для России, так и для Эвадора.

Предметом настоящего исследования является социокультурная ситуация развития детей 5-6 лет в России и в Эквадоре. Возраст детей выбран не случайно. В обеих странах он является заверше­нием дошкольного детства и началом систематического школьного обучения. Следовательно, в этом возрасте можно оценивать эф­фективность дошкольного воспитания и подводить некоторые итоги дошкольного детства. В то же время в этом возрасте дети еще не охвачены систематическим школьным обучением и культурное влия­ние семьи и близких взрослых является здесь максимальным.

Понятие социокультурной ситуации развития является достаточно сложным и дискуссионным. Однако, очевидно, что эта ситуация существует на разных уровнях и включает несколько слоев, которые взаимодействуют и взаимопроникают друг в друга. В настоящей работе мы стремились охватить и сопоставить разные уровни социальной ситуации развития ребенка, среди которых в качестве главных выделялись:

1) общепринятая государственная программа обучения и воспитания детей;

2) отношение взрослых (родителей и воспитателей) к воспи­танию детей дошкольного возраста;

3) уровень развития детей.

Целью настоящей работы явилось осуществление комплексного, многоуровневого сравнительного анализа социокультурной ситуа­ции развития ребенка 5-6 лет в столице России Москве и в столице Эквадора Кито.

Конкретные задачи работы заключались в следующем:

1. Провести сравнительный анализ общепринятых государс­твенных программ обучения и воспитания детей 5-6 лет в России и в Эквадоре.

2.Сопоставить отношение взрослых (родителей и воспитате­лей) к воспитанию детей и их ценностные педагогические уста­новки.

3. Провести сравнительную диагностику развития российских и эквадорских детей 5-6 лет.

4. Выявить влияние образовательных программ и отношения взрослых к детям на особенности психического развития детей старшего дошкольного возраста

Для решения поставленных задач использовались следующие методы:

Сравнительный анализ программ обучения и воспитания детей осуществлялся с опорой на соответствующие документы и через наблюдение за педагогическим процессом в детских учреждениях Москвы и Кито.

Сравнение ценностных ориентации и педагогических установок взрослых осуществлялось методом анкетирования родителей и воспитателей.

Для диагностики развития детей использовались широко апро­бированные в России диагностические методики: лабиринты (Л.А. Венгера), беседа (из теста Векслера), графический диктант (Д.Б. Эльконина) и рисунок семьи.

В исследовании приняло участие по 100 взрослых (50 родителей и 50 воспитателей) и по 100 детей от 5 до 6 лет из Москвы и Кито. В общей сложности исследованием было охвачено 400 испытуемых (по 200 в каждой выборке).

При выяснении статистической значимости различий между двумя выборками испытуемых использовались Т-критерий и критерия X2.

В итоге проделанной работы были получены следующие результаты:

1. Государственная общепринятая программа обучения и вос­питания дошкольников в России ориентирована главным образом на обучение детей и подготовку их к школе, в Эквадоре - преиму­щественно на воспитание личности ребенка и на обеспечение эмо­ционального комфорта.

2. Ценностные ориентации взрослых в Эквадоре направлены главным образом на развитие познавательных способностей детей и на подготовку их к школе. В России - на формирование ценностных личностных качеств и эмоциональный комфорт ребенка.

Эмоциональное отношение взрослых к детям является более напряженным и амбивалентным в России, чем в Эквадоре.

3. Российские дети опережают своих эквадорских сверстников по уровню интеллектуального развития (как вербального, так и невербального) и в особенности по уровню подготовленности к школе. В то же время эмоциональный тонус у российских детей значительно ниже, и отношения с близкими родственниками являются более отчужденными, чем у эквадорских.

4. Особенности детей существенно зависят от содержания программы обучения и отношения близких взрослых. В то же время ценностные ориентации взрослых тесно связаны с уровнем разви­тия и общим состоянием детей. Таким образом, различные уровни социокультурной ситуации развития ребенка находятся в отноше­ниях взаимодействия и взаимопроникновения.

Научная новизна работы заключается в том, что в ней факти­чески впервые осуществлен сравнительный кросскультурный анализ социальной ситуации развития ребенка как в России, так и в Эквадоре. Получены новые результаты, позволяющие выявить специфику развития ребенка в столицах этих двух стран.

Теоретическое значение работы состоит в предложенной в ней новой методологии многоуровневого кросскультурного исследова­ния социальной ситуации развития, которая может стать основой последующих социально-психологических работ.

Практическое значение работы определяется полученными дан­ными, характеризующими: а) конкретную специфику системы дош­кольного воспитания в России и в Эквадоре и б) уровень разви­тия детей в этих двух странах. Эти данные позволяют осознать и учесть имеющиеся недостатки в системе дошкольного воспитания в России и Эквадоре и направить усилия на их компенсацию.

Структура диссертации: работа состоит из введения. 4-х глав, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении дана общая характеристика работы, обоснована актуальность темы, сформулированы цель, задачи и основные ре­зультаты исследования, раскрыты научная новизна, теоретическое и практическое значение работы.

В I главе "Традиции кросскультурных исследований в детской психологии" представлен анализ научных работ, посвященных кросскультурным исследованиям детства в различных странах и культурах, а также краткая этнографическая и социально-полити­ческая информация об Эквадоре и системе образования в этой стране.

На различном психологическом и этнографическом материале показана зависимость особенностей психического и личностного развития ребенка от культурных и социальных условий, существу­ющих в обществе. Кросскультурные исследования в детской психо­логии становятся все более распространенными и разнообразными. Они позволяют оценить и понять специфичность условий воспита­ния и обучения детей в каждой стране, понять влияние культур­ных и социальных факторов на особенности личности и поведения детей, сопоставить различные аспекты детского развития в раз­ных странах. В настоящее время в такого рода исследования включены большинство развитых и слаборазвитых стран. Исключе­ние составляет только Россия, которая в силу ряда причин до сих пор оказалась не включенной в международные программы исс­ледования детского развития.

Настоящая работа направлена на то, чтобы частично восполнить этот пробел. Осуществленное в ней исследование имеет сравнительный, кросскультурный характер, в котором условия и результаты развития детей в России сопоставляются с  условиями и результатами развития детей в другой стране – Эквадоре.

Эквадор является достаточно далекой от России страной как по своему географическому положению, так и по культурным тра­дициям. Можно полагать, что эта пространственная и культурная удаленность позволит отчетливо выявить специфику обеих стран в области обучения и воспитания детей дошкольного возраста. В то же время Эквадор слизок к современной России по своему эконо­мическому положению и по обилию социальных и межнациональных проблем. Поэтому сопоставление этих двух стран является право­мерным и оправданным.

Предметом кросскультурных исследований является, как пра­вило, какие-либо отдельные аспекты детского развития или роди­тельского поведения. Так, например, в работе Оталора М.К,, выполненной под руководством Д.Б. Эльконина и Л.Ф. Обуховой, исследовались особенности игры дошкольников у индейских племен Колумбии; в работах Или-Луома П. В. изучалось развитие мораль­ных суждений детей разных европейских стран: в работе Г. Резек выполненной под руководством АГ. Рузской сравнивались особенности отношений к сверстникам в России и в С'ирии. В отличие от этих работ, в настоящем исследовании мы стремились дать по возможности широкую панораму системы воспитания дошкольников и охватить разные аспекты развития детей и разные уровни соци­альной ситуации их развития.

Данная работа имеет комплексный, многоуровневый характер. Она направлена на сравнение различных аспектов воспитания и обучения дошкольников в России и в Эквадоре , среди которых:

1) общепринятая программа обучения и воспитания дошкольни­ков;

2) особенности ценностных педагогических ориентации взрос­лых (родителей и воспитателей) и их отношения к детям;

3)  специфика развития детей дошкольного возраста.

Вторая глава посвящена «сравнительному анализу программ обучения и воспитания дошкольников в России и в Эквадоре».

Несмотря на то. что и в России и в Эквадоре существует несколько различных, в том числе инновационных, программ обу­чения и воспитания дошкольников, в обеих странах есть общепри­нятые, утвержденные государством программы, по которым работа­ет большинство детских садов. Именно эти программы стали пред­метом нашего сравнительного анализа.

Сопоставление обеих программ позволило выделить ряд общих моментов, и в тоже время ряд существенных различий.

К общим моментам можно отнести нацеленность дошкольного воспитания на охрану здоровья ребенка и его всестороннее раз­витие. Всестороннее развитие раскрывается как единство физического ("психомоторного" в Эквадоре), нравственного ("аффективно-социального") и умственного ("когнитивного") воспитания.

Однако, в эквадорской программе значительно более детально и подробно раскрываются задачи и принципы аффективно-социаль­ного (или нравственного воспитания), в то время как в российской главный акцент делается на умственном (или когнитивном) воспитании ребенка. Ориентация на аффективно-социальное воспи­тание в Эквадоре выражается и в более конкретном и детальном раскрытии задач, и в значительном количестве времени, отведен­ном на этот вид воспитательной работы (в сравнении с когнитив­ным воспитанием), и в направленности основных педагогических принципов на развитие личности и самостоятельности ребенка. Так, например, среди педагогических установок, обязательных для эквадорских воспитателей, имеются следующие:

- принимать ребенка таким, каким он есть, избегать любых выражений нетерпимости, воздерживаться от упрёков и замечаний;

- стремиться видеть окружающий мир глазами ребенка;

- чувствовать изменения в поведении и настроении детей, способствовать установлению душевной гармонии и эмоционального комфорта каждого ребёнка.

Большое внимание в эквадорской программе уделяется так называемому "принципу границы", благодаря которому у детей раз­вивается чувствительность к тому, что можно, а что нельзя. Дети сами с помощью воспитателя устанавливают границы дозволен­ного, и после этого строго и неукоснительно соблюдают их.

Много внимания уделяется также формированию способности планировать своё время и реализовывать свои планы. В начале каждого дня воспитатель вместе с детьми составляют план занятий, а в конце дня - подводят его итоги.

В сравнении с  "аффективно-социальным" (или нравственным) воспитанием, блок задач умственного (или когнитивного) воспитания отражен в эквадорской программе более бедно и примитивно.

В российской программе, напротив, главное внимание уделя­ется содержанию и методам обучения детей на занятиях, а задачи нравственного воспитания сводятся к ряду достаточно формальных деклараций: воспитывать уважение к старшим, развивать любовь к труду, воспитывать справедливость в оценке поступков и пр. Традиционные для российской педагогики дидактические принципы, которые по сей день остаются единственными и общепринятыми (принципы наглядности, доступности и конкретности) относятся исключительно к способам подачи учебного материала, а вовсе не к воспитанию личности ребенка. Следует подчеркнуть, что рос­сийская программа предъявляет более высокие требования к умственному развитию ребенка, в особенности в области элементарных математических представлений. Количество занятий в день для детей 6 лет в России в 1.5 раза выше, чем в Эквадоре (3 против 2).

Другим важным отличием эквадорской и российской программ является большая жесткость и регламентация российской програм­мы. Эквадорские воспитатели имеют значительно большую свободу в выборе занятий, в планировании дня и в составлении расписания. Детям также постоянно предоставляется право выбора: занятий, игр и игрушек, участия в групповой деятельности и пр. Следует также подчеркнуть, что в эквадорском детском саду дети проводят только первую часть дня (с 7 до 12 часов), а остальное время находятся дома, где, естественно, имеют больше сво­боды, чем российские дети, находятся в детском саду целый день.

Характерным отличием дошкольного воспитания в России является и то, что здесь обучение опирается главным образом на усвоение и воспроизведение образцов деятельности взрослого, в то время как в Эквадоре детям предоставляется больше возможностей самостоятельно выбирать способы своей деятельности, а воспита­тель лишь поддерживает успевая» действия и ограничивается ненавязчивыми советами.

Таким образом, программа обучения и воспитания в Эквадоре является более гуманной, больше ориентирована на личность ребёнка, несмотря на тот факт, что численность в группе детского сада в этой стране значительно выше, чем в России (от 30 до 40 человек). Главное отличие обеих программ заключается в том. что российская программа ориентирована, главным образом на обучение детей и их умственное развитие, в то время как эквадорская направлена в основном- на воспитание личности ребенка и ив его аффективно-социальное развитие.

В главе 3 «Сравнительный анализ отношения к детям в Рос­сии и в Эквадоре» представлены- результаты анкетного опроса взрослых - родителей и воспитателей - об их отношений к детям.

Отношение к детям включает несколько различных аспектов, среди которых было выделено четыре:

1) познавательный, включающий сознательные представления взрослых о движущих силах развития ребёнка и их собственной роли в становлении психики и личности детей;

2) ценностные и педагогические ориентации, т.е. мнение ро­дителей и воспитателей о главных целях и задачах воспитания детей дошкольного возраста, о главных качествах человека;

3) эмоциональное отношение к детям, которое выражается в непосредственных чувствах и эмоциональных состояниях, которые испытывают взрослые по отношению к детям;

4)  практический, или поведенческий, аспект, т.е. что реально делают взрослые для воспитания и обучения своих детей.

При участии ЦСО РАО были разработаны 2 анкеты - для роди­телей и воспитателей. Анкета для родителей была адресована только матерям, поскольку анализ половых различий в отношении к детям не входил в задачи нашей работы. Анкеты включали 4 блока вопросов, в соответствии с выделенными аспектами отноше­ния к детям, и вопросы, выяснявшие социально-демографический состав выборки.

Социально-демографический состав обеих выборок оказался относительно однородным - большинство респондентов в обеих странах (около 80%) относят себя к недостаточно обеспеченному или среднеобеспеченному слою населения. Малообеспеченными счи­тают себя лишь по 14% взрослых в обеих странах. Характерно, однако, что среди них в России малообеспеченными считают себя преимущественно воспитатели, а в Эквадоре - родители. Большинс­тво наших респондентов состоят в браке, живут отдельно от ро­дителей, имеют среднее или высшее образование. Средний возраст родителей - от 25 до 35 лет. Возраст воспитателей, однако, в России и в Эквадоре несколько различается: в Москве больше совсем молодых (до 20 лет) и пожилых (старше 40) воспитателей, в то время как в Кито средний возраст работающих воспитателей - 35-40 лет. Однородность обследуемых выборок с точки зрения их социально-демографического состава дает основания говорить о возможности и правомерности их сопоставления.

Проведённое социально-психологическое обследование позволило выявить специфику российской и эквадорской социокультурной ситуации развития ребёнка и наметить определённые тенден­ции в отношении к детям в России и Эквадоре.

Первая их них связана с представлениями взрослых об источниках и движущих силах развития ребенка и с вытекающими из них представлениями о методах воспитания детей. Результаты опроса показали, что подавляющее большинство взрослых в обеих странах полагают, что способности ребенка в равной мере определяются и наследственностью и условиями воспитания. В то же время в Рос­сии значительно больший процент родителей уверены, что главные способности человека определяются исключительно условиями вос­питания, что, естественно, повышает роль и ответственность взрослых в воспитании детей. Более ярко эта тенденция к повышенной ответственности взрослых в России проявилась при выборе методов воспитания детей, где взрослые в 2 раза чаще, чем в Эквадоре выбирали строгость и требовательность в качестве основного метода. В Эквадоре, напротив, взрослые гораздо чаще предпочитали предоставлять детям полную свободу.

Особенно сильно в этом отношении различалась позиция вос­питателей. Если в России 20% воспитателей главным для себя считали требовательность и контроль за соблюдением правил, то в Эквадоре этой точки зрения не разделял ни один воспитатель. Среди родителей строгость и требовательность выбиралась примерно с одинаковой частотой.

Вместе с тем, российские воспитатели в 3 раза чаще чем родители выбирали свободу и самостоятельность ребенка в качестве равных условий воспитания.

Хотя большинство взрослых как в России, так и в Эквадоре, отдавали предпочтение совместной деятельности ребенка со взрослым, акцент на строгость и требовательность в России и на полную свободу ребенка в Эквадоре прослеживается достаточно отчетливо. По-видимому, в этом проявляются традиции централи­зованного авторитарного советского воспитания. Эти же традиции дают о себе знать и в ответе на вопрос о роли семьи и детского учреждения в воспитании ребёнка. Если в Эквадоре абсолютное большинство (98%) взрослых опираются на приоритет семьи в этом процессе, то в России около 20% взрослых подчёркивают главную роль детского сада. Очевидно, что здесь дают о себе знать бо­лее прочные традиции общественного воспитания в России. Таким образом, сознательные представления как российских, так и эк­вадорских взрослых отражают сложившиеся стереотипы обществен­ного сознания. Согласно этим стереотипам в России придается большее значение общественному воспитанию, требовательности и контролю за соблюдением правил, что связано с подготовкой ре­бенка к дальнейшей жизни в обществе и прежде всего с подготовкой к школе. В Эквадоре большее значение придается семье и полной свободе ребенка, что способствует эмоциональному ком­форту детей и реализации их внутренних потенций.

Однако, эти сознательные представления находятся в некото­ром расхождении с ценностными установками взрослых. При опре­деление главных задач воспитания в дошкольном возрасте подавляющее большинство эквадорских взрослых ставили на первое мес­то познавательные и учебно-дисциплинарные ценности: подготовку ребенка к школе, хорошее образование, способность самостоя­тельно мыслить и пр. Особенно значимыми эти аспекты оказались для эквадорских воспитателей. Так, ценность подготовки к школе они отмечали в 3 раза чаще, а ценность хорошего образования - в 4 раза чаще, чем воспитатели в Москве. Для российских взрос­лых (и родителей и воспитателей) более значимыми оказались ценности не познавательного, а личностного порядка: воспитание доброты и отзывчивости, умения общаться, эмоциональная ком­фортность ребенка и пр. Так, в России задача "научить ребёнка общаться с другими людьми" выдвигалась на первый план в 3 раза чаще, а ценность "счастливого, беззаботного детства" - в 2 ра­за чаще, чем в Эквадоре.

Характерно, что среди воспитателей эти расхождения более существенны: эквадорские воспитатели значительно чаще, чем ро­дители ориентированы на хорошее образование и подготовку детей к школе (53% против 13%). в то время как московские чаще, чем родители, нацелены на счастливое детство, умение общаться (46% против 11%) и пр.

Если сопоставить эти результаты с материалами 2-ой главы диссертации, где сравнивались программы обучения и воспитания детей 5-6 лет, можно видеть, что ценностные установки взрослых как бы дополняют эти программы и направлены на компенсацию их недостатков. Так, в Эквадоре, где программа воспитания детей ориентирована главным образом на эмоциональный комфорт и на воспитание личности ребёнка, а обучение и образование стоит на втором плане, родители и. в особенности, воспитатели в качест­ве главной ценности видят хорошее образование и подготовку де­тей к школе. В России же, где программа направлена главным об­разом на обучение детей, родители и (опять же) главным образом воспитатели считают важнейшей задачей дошкольного воспитания обеспечение счастливого детства, воспитание доброты общительности. Показательно в этом отношении то, что воспитатели, в силу своей профессиональной принадлежности, более чувствитель­ны к недостаткам общепринятых программ, чем родители.

Ещё одной важной ценностью для россиян, в отличие от эква­дорцев, является сила и здоровье ребенка, которые ими выдвигаются на первый план значительно чаще чем эквадорцами. Очевидно, что эта ценностная установка взрослых также направлена на компенсацию недостающих качеств детей.

В то же время, характерно, что эти ценностные ориентации взрослых, по-видимому, не реализуются в реальной практике воспитания детей. Так, в Эквадоре, где, как отмечалось выше, взрослые больше ориентированы на образование детей и подготов­ку к школе, чем в России, те же взрослые чаще предпочитают играть с детьми и значительно реже, чем в России читает им книжки и сообщают полезную информацию. Особенно различаются в этом отношении родители: если 80% эквадорских родителей больше все­го любят играть с детьми, то в России игра предпочитается лишь в 20% случаев, а 80% родителей чаще всего читают им книжки.

Интересен также полученный факт расхождения в любимых за­нятиях взрослых и детей (с точки зрения взрослых). Подавляющее большинство взрослых и в России и в Эквадоре понимают, что их дети больше всего любят играть с игрушками. В то же время сами взрослые, как правило, предпочитают читать детям книжки, при­общать к труду и прививать полезные навыки. Особенно значи­тельно это расхождение среди российских родителей.

Полученные результаты дают основание предположить, что ре­альное поведение взрослых и практика их воспитания скорее за­висят от стереотипов общественного сознания и сложившихся тра­диций воспитания, чем от ценностных ориентации и педагогических установок.

Важным аспектом отношения, который мы пытались исследовать в своей работе, были чувства и эмоции, которые взрослые испы­тывают по отношению к детям. Естественно, анкетный опрос явля­ется недостаточно адекватным методом для выявления этого ас­пекта, в то же время полученные ответы позволяют отметить не­которые различия в эмоциональном отношении к детям в российс­ком и эквадорской выборке. Эти различия заключаются в том, что эмоции российских взрослых являются более разнообразными и амбивалентными. Так, отрицательные эмоции по отношению к детям (гнев, раздражение, усталость) наблюдались только в российской выборке (около 20 % респондентов). Эквадорцы отмечали их лишь в единичных случаях (всего З%). В то же время частота фикса­ций положительных эмоций (радость, удивление, удовлетворение) в России также была значительно выше. Нередки были случаи, когда в одной и той анкете среди типичных эмоциональных состояния, вызываемых ребенком, указывались противоположные эмоции - радость и гнев, удивление и усталость. Таким образом. можно предположить, что эмоциональное отношение взрослых к де­тям в Россия является более напряженным и амбивалентным, а в Эквадоре более целостным и последовательно позитивным.

Это предположение подтверждается также данными о родитель­ской самооценке. В России почти в 3 раза больше матерей, кото­рые отрицательно оценивают исполнение своих материнских обя­занностей или затрудняется оценить себя в этом качестве. В Эк­вадоре, напротив, подавляющее большинство матерей (90%) счита­ет себя хорошими матерями.

Все эти данные могут свидетельствовать о более напряженном, трудном и неблагополучном эмоциональном климате в рос­сийских семьях в сравнении с эквадорскими.

Еще одна особенность, отличающая российскую выборку респондентов от эквадорской заключается в большем разбросе мнений и сведений и в большей представленности крайних позиций. Так. например, в России больше, чем в Эквадоре, семей, где воспитанием ребенка занимаются преимущественно бабушка и дедушка. В то же время в России значительно больше (в 4 раза) случаев, когда ребенок совсем не видит своих старших родственников. Аналогичная картина наблюдается с положением отца: в России несколько больше отцов, которые все свое время посвящает детям, но зна­чительно больше (в 5 раз, чем в Эквадоре) отцов, которые совсем не участвуют в воспитании своих детей. В Эквадоре картина более однородна и усредненная: в большинстве семей отец прово­дит с ребенком от 1 до 3-х часов в день, а бабушка и дедушка общаются с ним 2-3 дня в неделе, преимущественно по выходным. Все это может свидетельствовать о большей разнородности рос­сийских семей и некоторой неопределенности российских традиций воспитания в сравнении с эквадорскими.

В 4 главе "Сравнительная диагностика развития детей в Москве и в Кито" представлены данные разностороннего диагнос­тического обследования детей 5-6-летнего возраста, живучих в столице России и Эквадора, и посещающих детские учреждения.

Для решения поставленной задачи необходимо было отобрать методики, выявляющие различные аспекты развития ребенка. Мы полагали, что к наиболее важным для сравнения аспектам развития относятся следующие:

1. Уровень наглядно-образного мышления, как наиболее характерного и специфичного для детей дошкольного возраста.

2. Уровень вербального мышления и некоторые представления детей об окружающей их действительности.

3. Степень развития произвольного поведения и подготовленности детей к школьному обучению.

4. Эмоциональное состояние детей и характер их отношений с близкими взрослыми.

При подборе диагностических методик, выявляющих эти аспек­ты развития, учитывались их содержательная и статистическая валидность; наличие четких количественных критериев, позволяю­щих сопоставить два ряда данных; портативность методик и их относительная независимость от особенностей, языка (поэтому предпочтение отдавалось невербальным методикам).

Для обследования были выбраны 4 методики:

1. Для диагностики развития наглядно-образного мышления использовалась широко известная методика "Лабиринты", разработанная Л.А. Венгером, которая зарекомендовала себя как надеж­ный, валидный и в то же время портативный диагностический инструмент.

2. Оценка вербального интеллекта детей производилась на основе субтеста "Понятливость" хорошо известного теста Векслера. Этот тест широко применяется как в России, так и в Эквадо­ре и имеет переведенные на русский и испанский языки, адапти­рованные для дошкольников варианты.

Данная методика открывает возможности как количественной, так и качественной интерпретации.

3. Для диагностики развития произвольности и подготовки детей к школе использовалась методика "Графический диктант", разработанная Д.Б. Элькониным. Как известно, данная методика является надежным и проверенным инструментом при диагностике готовности к школе (Е.А. Бугрименко, А.Л. Венгер, Е.Н. Поливано­ва).

4) Для диагностики эмоционального состояния ребенка и его отношений с близкими взрослыми использовалась методика "Рису­нок семьи". Эта методика широко применяется в психотерапевти­ческой практике и диагностической работе с детьми и имеет стандартные методы интерпретации (Хоментаускас. Дукаревич, За­харов и др.). При проведении методики и анализе результатов мы опирались на эти разработки. При интерпретации детских рисунков оценивались:

а) дистанция между членами семьи и между ребёнком и ма­терью, которые являются показателями эмоциональной связи с близкими взрослыми;

б) цветовая гамма рисунка, выявляющая общее эмоциональное состояние ребенка;

в) особенности изображения я-фигуры (ее цвет, размер, по­рядок изображения);

г) степень прорисованности и детализации изображения.

Проведенное сравнительное диагностическое обследование позволило выявить весьма существенные различия развития рос­сийских и эквадорских детей 5-6 лет. Учитывая достаточное ко­личество обследованных детей (по 100 человек в каждой выборке) эти различия можно считать значимыми и отражающими специфику системы дошкольного воспитания в России и в Эквадоре.

Одним из важнейших полученных результатов являются более высокие показатели интеллектуального развития детей в Москве в сравнении с показателями детей из Кито. Преимущество в интел­лектуальном развитии московских дошкольников распространяется на все показатели интеллектуального развития (см. табл.1).

Прежде всего, по нашим данным, у российских детей лучше развито наглядно-образное мышление, которое является наиболее важным в дошкольном возрасте. Москвичи в большинстве своём значительно лучше справлялись с задачами по использованию схе­мы и по моделированию пространственной ситуации (тест "Лабиринты"). Обращает на себя внимание тот факт, что только в Москве были дети, которые справились со всеми задачами пол­ностью и получили максимальные, баллы. Показатели вербального интеллекта, определяемые по субтесту "Понятливость", также оказались выше в Москве. Московские дети более полно и правильно отвечали на вопросы беседы, чем дети в Кито. В российской выборке было значительно больше полных, развернутых ответов, в то время как в эквадорской преобладали формальные, односложные ответы.

Таблица 1.

Успешность выполнения тестов на интеллектуальное развитие и на подготовленность детей к школе в России и Эквадоре

Название методики

Российские дети

Эквадорские дети

Значение Т-критерия

Среднее значение

Отклонение от среднего

Среднее значение

Отклонение от среднего

Лабиринты

25

9,2

22

6,8

1,8*

Понятливость

11

2,2

10

1,9

1,7*

Графический диктант

9

3,7

7

4,2

1,7*

*p< 0,01

Большая интеллектуальная продвинутость и подготовленность к школе аленьких россиян проявились и в рисуночном тесте. Рисунки московских детей отличались большей детализацией и лучшим графическим исполнением, в то время как рисунки эквадорцев отличались, как правило, примитивностью и схематичностью. Если рассматривать детализацию и прорисованность изображения как показатель интеллектуального развития (М.З. Дукаревич, А.В. Захаров и др.) и подготовленности ребенка к школе (например, тест Йерасека), то московские дети явно опережают по этим показателям своих эквадорских сверстников.

Наиболее значительные различия получены в методике «Графический диктант», выявляющей готовность детей к коллективному школьному обучению и способность к произвольной регуляции своего поведения. Здесь московские дети имели явные и несомненные преимущества. Они лучше выполняли инструкции взрослого в условиях коллективной работы, более быстро и точно схватывали общий рисунок узора и воспроизводили его в самостоятельной работе. Их эквадорские сверстники значительно уступали им в этой способности.

По-видимому, такое «интеллектуальное преимущество» российских детей связано с особенностями программы обучения и воспитания дошкольников в России, которая в основном ориентирована на образование детей. Главной и обязательной формой образования в России, как уже отмечалось, являются групповые учебные заведения, нацеленные на передачу знаний, навыков и умений и на развитие интеллектуальных способностей. (Причем такие занятия ведутся с детьми в детских учреждениях на протяжении всего дошкольного возраста.) Если в Эквадоре целенаправленное обучение детей начинается с 5-6 лет, то в России такое обучение имеет место с самого раннего возраста (2-3 года), причем в более жестком учебном варианте. Очевидно, что такая познавательная и учебная направленность российской системы дошкольного воспитания дает свои результаты, которые и отразились в нашем исследовании.

Другим, не менее важным результатом нашего обследования оказались значимые различия в показателях эмоционального самоощущения детей и их отношений с близкими родственниками, которые выявлялись при анализе детских рисунков семьи.

Как показал сравнительный анализ рисунков детей в России и в Эквадоре, эмоциональный тонус российских детей является более низким, а их отношения с близкими взрослыми более холодными и отчужденными, чем в Эквадоре. Об этом, в частности, свидетельствуют холодные и черные цветовые тона рисунков московских детей, большая пространственная дистанция между членами семьи, большая удаленность ребенка от матери, отсутствие положительных эмоций на лицах изображенных людей (в Эквадоре подавляющее большинство детей изображали улыбку на лицах людей). Все эти различия имеют статистическую значимость по критерию Х-квадрат.

Примерно в половине случаев (46%) на рисунках московских детей вообще отсутствует либо фигура матери, либо фигура самого ребенка. Это на наш взгляд, является очень тревожным признаком эмоционального отчуждения маленького ребенка от самого близкого и родного человека – матери. Следует отметить, что в ряде случаев московские дети как бы боялись рисовать маму, считали, что они могут испортить ее своим изображением. Согласно Хоментаускасу, такое отношение к своему рисунку является серьезным свидетельством отчуждения ребенка от матери, ее не­доступности и неприкосновенности. Отсутствие себя среди членов своей семьи также можно рассматривать как весьма тревожный признак, свидетельствующий о сниженной самооценке и самоощуще­нии ребенка, о невыделенности своего Я. В эквадорской выборке отсутствие матери или себя в детских рисунках семьи практически не встречалось или встречалось в единичных случаях, в то время как в Москве эта картина оказалась типичной.

Особенности изображения я-фигуры также свидетельствуют о сниженном самоощущении российских детей.

Очевидно, что подобная картина отражает более тяжелые и отчуждённые отношения в семьях московских дошкольников в срав­нении с эквадорскими. Отчасти этот факт подтверждается данными из анкет родителей, которые были рассмотрены в предыдущей гла­ве. Как отмечалось выше, российские матери чаще чем эквадорс­кие испытывают по отношению к своим детям отрицательные эмоции (раздражение, усталость), неуверенность в правильности своих воспитательных воздействий, и в то же время демонстрируют более высокую требовательность к морально-нравственному облику детей. Если учесть, что ответы на вопросы анкеты сильно приук­рашивают действительные чувства родителей, можно с уверен­ностью сказать, что в реальности детско-родительские отношения в России являются более напряженными и отчужденными, чем в Эк­вадоре.

Еще один важный факт, полученный в исследовании, заключа­ется в более ярко выраженных индивидуальных различиях, в мос­ковской выборке детей, в сравнении Эквадорской. По всем па­раметрам использованных методик (за исключением Графического диктанта) показатель отклонения от среднего в московской груп­пе детей существенно выше, чем в группе детей из Кито. Если большинство показателей эквадорских детей группируется вокруг средних значений и имеет форму, близкую к нормальному распре­делению, то в Москве такой закономерности не наблюдается. Самые высокие и самые низкие показатели интеллектуальных тестов, как и показатели графических методик, встречаются значительно чаще в России, чем в Эквадоре.

В заключении подводятся итоги проделанной работы и сопоставляются различные уровни социальной ситуации развития ребен­ка в России и в Эквадоре.

Полученный факт более высокого интеллектуального развития российских детей, (в сравнении с эквадорскими) отражает наце­ленность российской программы дошкольного обучения и воспита­ния на образование детей и их умственное развитие. В то же время более выраженное эмоционально-положительное самоощущение и настроение эквадорских дошкольников, их более тесные связи с близкими взрослыми являются, по-видимому, результатом большего внимания к личности ребенка и большей гуманистической направ­ленности эквадорской программы.

Вместе с тем, можно отметить, что ценностные родительские установки отражают специфику развития и эмоционального состоя­ния детей. В Эквадоре, где уровень интеллектуального развития детей оказался несколько ниже, родители ориентированы в основ­ном на познавательное развитие детей и подготовку их к школе. Ценность хорошего образования 5-6-летнего ребенка и его подго­товленности к школьному обучению у родителей в Кито значитель­но выше, чем в Москве. В то же время, в Москве, где дети про­демонстрировали относительно высокий уровень интеллектуального развития, но сниженный эмоциональный тонус и отчужденное отно­шения с родителями, ценностные установки взрослых связаны в основном с ценностью общительности, доброты, отзывчивости, счастливого детства и пр. Таким образом, ценностные установки родителей в обеих странах как бы компенсируют недостатки, ко­торые демонстрируют их дети и направлены на преодоление су­ществующих детских проблем.

Больший разброс данных в российской выборке (как по ре­зультатам опроса родителей, так и по результатам диагностики детей) может объясняться расслоением российского общества, ко­торое интенсивно происходит в настоящее время. Растущая стра­тификация населения в России, естественно отражается на жизни и развитии детей: одни дети получают все больше не только материальных благ, но и заботы и внимания взрослых, другие все меньше. Эти общественные тенденции отражаются на уровне психи­ческого развития и на эмоциональном состоянии российских детей, что становится особенно очевидным при их сравнении с детьми другой страны и другой культуры.

Результаты проведенного исследования позволяют сделать следующие ВЫВОДЫ:

1. Государственная программа обучения и воспитания детей в России ориентирована, главным образом, на обучение и умственное развитие детей; в Эквадоре она направлена на воспитание личности ребёнка, на его эмоциональное и социальное развитие.

2. Ценностные педагогические ориентации взрослых в Эквадо­ре направлены в основном на умственное развитие ребенка и под­готовку его к школе, в России - на формирование ценных лич­ностных качеств и на эмоциональный комфорт ребенка.

3. Эмоциональное отношение взрослых к детям в России явля­ется более амбивалентным и напряженным.

4. Российские дети опережают своих эквадорских сверстников по уровню умственного развития и подготовленности к школе.

5. Эмоциональный тонус российских детей значительно ниже, чем у эквадорских, а отношения с близкими взрослыми являются более холодными и отчужденными.

6. Индивидуальные различия в российской выборке детей и взрослых значительно более выражены, чем в эквадорской.



Перейти к списку диссертаций