Личностные ресурсы и паттерны поведения в критических ситуациях в юношеском и зрелом возрастах (в разных культурно-исторических условиях)

Диссертант: Базаркина Ирина Николаевна
Год защиты: 2013
Ученая степень: кандидат психологических наук
Специальность: 19.00.13 – Психология развития, акмеология
Научный руководитель: Сенкевич Людмила Викторовна
Ведущее учреждение: Институт психологии им.Л.С.Выготского РГГУ
Место выполнения: Кафедра возрастной психологии МГППУ
Оппоненты: Подольский Андрей Ильич, Хухлаев Олег Евгеньевич

На правах рукописи

Базаркина Ирина Николаевна

Личностные ресурсы и паттерны поведения в критических ситуациях в юношеском и зрелом возрастах (в разных культурно-исторических условиях)

19.00.13 – Психология развития, акмеология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Москва – 2013

Диссертация выполнена на кафедре возрастной психологии Московского городского психолого-педагогического университета

Научный руководитель: кандидат психологических наук, доцент Сенкевич Людмила Викторовна

Официальные оппоненты: 

  • Подольский Андрей Ильич доктор психологических наук, профессор, зав. кафедрой психологии образования и педагогики факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова
  • Хухлаев Олег Евгеньевич кандидат психологических наук, доцент, зав. кафедрой этнопсихологии и психологических проблем поликультурного образования факультета социальной психологии МГППУ 

Ведущая организация: Институт психологии имени Л.С. Выготского Российского государственного гуманитарного университета

Защита состоится 25 апреля 2013 г. в 12 часов на заседании диссертационного совета Д-850.013.01, созданного на базе Московского городского психолого-педагогического университета, по адресу: 127051, г. Москва, ул. Сретенка, д. 29, ауд. 414.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского городского психолого-педагогического университета

Автореферат разослан «___» марта 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета И.Ю. Кулагина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Исследование посвящено анализу возрастных и гендерных особенностей преодоления критических ситуаций юношами и взрослыми, воспитанными в разных культурно-исторических традициях.

Актуальность темы исследования. В современном поликультурном мире становится актуальной научная проблематика преодоления конфликтов, кризисов и критических ситуаций. В психологии различают кризисы в больших и малых социальных группах и кризисы личности – возрастные и экзистенциальные (Л.С. Выготский, 1982; К.Н. Поливанова, 2001; В.И. Слободчиков, 2000; Е.Л. Солдатова, 2007; Р. Ассаджиоли, 2000; С. Гроф, К. Гроф, 2000; Б. Ливехуд, 1994; Г. Шихи, 1999; Э. Эриксон, 2006; К.Г. Юнг, 2007). Кризисы личности или индивидуального жизненного пути часто называют критическими ситуациями. Критическая ситуация понимается как ситуация невозможности реализации личностью жизненно важных потребностей, мотивов, ценностей и др. (Ф.Е. Василюк, 1984).

При исследовании протекания критических ситуаций чаще всего акцент делается на совладающем поведении или копинг-стратегиях (Л.И. Вассерман, 1997; Т.Л. Крюкова, 2010; С.К. Нартова-Бочавер, 1997; Н.А. Сирота, 1994; A. Billings, R. Moos, 1984; N. Haan, 1977; R. Lazarus, S. Folkman, 1998; L.B. Murphy, 1974; M. Petrovsky, J. Birkimer, 1991; H. Weber, 1992). При этом важно учитывать и личностные ресурсы, позволяющие эффективно и с минимальным уроном для психологического здоровья преодолевать критические ситуации. К личностным ресурсам относят достаточно большой ряд личностных особенностей, в частности, - жизнестойкость, оптимизм, активность, позитивные самовосприятие и представления о природе человека, осмысленность жизни и экзистенциальную исполненность (Д.А. Леонтьев, 2010; Т.О. Гордеева, 2011; Е.И. Рассказова, 2011; А. Лэнгле, 2008; С. Мадди, 2005; В. Франкл, 2013; Э. Фромм, 2012 и др.).

В психологии личности и психологии развития, акмеологии накоплены сведения о стратегиях совладающего поведения и компонентах личностного потенциала у лиц разных возрастов и представителей разных профессий (Е.А. Анненкова, 2010; А.В. Антоновский, 2010, 2011; А.И. Гусев, 2011; Е.Е. Данилова, 1990; Е.Р. Исаева, 2009; К.И. Корнев, 2010; И.В. Михайлычева, 2007; К. Муздыбаев, 1998, 2003; М.В. Сапоровская, 2010; Л.В. Сенкевич, 2012; М.А. Холодная, 2007).

Представляет интерес определение личностных ресурсов и паттернов поведения в критических ситуациях в возрастном контексте и с учетом культурно-исторических условий.

Цель исследования – выявить возрастные различия и региональную специфику преодоления личностью критических ситуаций в юношеском и зрелом возрастах.

Объект исследования – личность в критических ситуациях.

Предмет исследования – особенности личностных ресурсов и паттернов совладающего поведения юношей и взрослых из разных городов мира (Москва, Грозный, Ереван, Рим).

Гипотеза исследования:

Личностные ресурсы, способствующие преодолению трудных (критических) ситуаций, и паттерны совладающего поведения имеют возрастную, гендерную и региональную специфику.

Задачи исследования:

  1. Подобрать блок методик, позволяющих изучить личностные ресурсы юношей и взрослых и выявить преобладающие паттерны совладающего поведения в критических ситуациях.
  2. Определить личностные ресурсы и копинг-стратегии, способствующие совладанию с критическими ситуациями в юношеском и зрелом возрастах, и установить возрастные различия.
  3. Проанализировать гендерные особенности личностных ресурсов и паттернов поведения у лиц юношеского и зрелого возрастов, проживающих в разных регионах России и за рубежом.
  4. Сравнить региональные особенности личностных ресурсов и копинг-стратегий у юношей и взрослых из разных городов и стран: РФ (Москва, Грозный), Армения (Ереван), Италия (Рим).

Теоретико-методологическую основу исследования составили: культурно-историческая теория Л.С. Выготского; представления о преодолении и переживании кризисов и критических ситуаций (Ф.Е. Василюк, К.Н. Поливанова, Э. Эриксон и др.); представления о возрастных и гендерных особенностях развития в юности (Г.С. Абрамова, Т.В. Бендас, Ш. Берн, М. Мид, В.С. Мухина, Н.Н. Толстых и др.) и акмеологических резервах развития в зрелости (К.А. Абульханова-Славская, А.А. Бодалев, А.А. Деркач и др.); концепция личностного потенциала, разработанная Д.А. Леонтьевым; исследования копинг-стратегий (Т.Л. Крюкова, Р. Лазарус, С. Фолкман и др).

Методы и методики исследования.

  1. Констатирующий эксперимент с использованием шести методик. При изучении личностных ресурсов, необходимых для преодоления критических ситуаций в юности и зрелости, применялись следующие методики: Тест жизнестойкости (автор С. Мадди, адаптация Д.А. Леонтьева и Е.И. Рассказовой), Тест смысложизненных ориентаций (СЖО) (адаптированная Д.А. Леонтьевым версия Purpose-in-Life Test (PIL) D. Crumbaugh, L. Maholick), Шкала экзистенции (ШЭ) (авторы А. Лэнгле, К. Орглер, адаптация С.В. Кривцовой), сокращенный вариант Самоактуализационного теста (САТ) (адаптированной Ю.Е. Алешиной, Л.Я. Гозманом, М.В. Загика, М.В. Крозом версии Personal Orientation Inventory (POI) Э. Шострома), Шкала оптимизма и активности (авторы И. Шуллер, А. Комуниани, адаптация Н.Е. Водопьяновой и М.В. Штейна). При изучении копинг-стратегий использовался Опросник способов совладания (ОСС) (авторы R. Lasarus, S. Folkman, адаптация Т.Л. Крюковой и Е.В. Куфтяк).
  2. Методы математической статистики - Н-критерий Крускала-Уоллиса, U-критерий Манна-Уитни, коэффициент ранговой корреляции Спирмена.

Базы исследования: Московский городской психолого-педагогический университет, Государственная классическая академия имени Маймонида (г. Москва, РФ); Чеченский государственный педагогический институт (г. Грозный, Чеченская республика, РФ); Ереванский государственный университет, Армянский государственный педагогический университет им. Х. Абовяна (г. Ереван, Армения); Институт М. Массимо и Институт психологии Папского Грегорианского университета (г. Рим, Италия). Исследование проводилось на гуманитарных факультетах вузов (психологии и педагогики). Испытуемыми юношеского возраста являлись студенты гуманитарных факультетов вузов, среднего возраста – преподаватели, аспиранты и докторанты вузов, слушатели программ профессиональной переподготовки.

В исследовании приняли участие 370 человек. Из них:

  • в г. Москве 45 респондентов юношеского возраста (17 - 23 года): 21 юноша, 24 девушки; 55 респондентов зрелого возраста (30 - 50 лет): 26 мужчин и 29 женщин;
  • в г. Грозном 43 респондента юношеского возраста (17 - 23 года): 22 юноши и 21 девушка; 44 респондента зрелого возраста (30 - 50 лет): 21 мужчина и 23 женщины;
  • в. г. Ереване 45 респондентов юношеского возраста (18 - 23 года): 23 юноши и 22 девушки; 45 респондентов зрелого возраста (30 - 50 лет): 25 мужчин и 20 женщин;
  • в г. Риме 42 респондента юношеского возраста (17 - 22 года): 22 юноши и 20 девушек; 51 респондент зрелого возраста (30 - 50 лет): 24 мужчины и 27 женщин.

Научная новизна исследования.

Впервые проведено комплексное, междисциплинарное, эмпирическое исследование личностных ресурсов и совладающего поведения в критических ситуациях юношей и лиц зрелого возраста из центральной России, кавказских регионов, Италии, и дан их сравнительный анализ.

Подобран комплекс методик, который дает возможность определить личностные ресурсы и копинг-стратегии, способствующие преодолению критических ситуаций.

Получен большой фактический материал, раскрывающий региональную специфику личностных ресурсов и копинг-стратегий в юношеском и зрелом возрастах в разных культурно-исторических условиях.

Установлена возрастная и гендерная специфика личностных ресурсов и паттернов совладающего поведения в критических ситуациях. Показаны возрастные изменения по таким показателям, как жизнестойкость, активность, оптимизм, осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность.

Теоретическая значимость исследования.

Уточнены теоретические представления о личностном потенциале юношей и представителей зрелого возраста. К блоку личностных ресурсов, способствующих разрешению критических ситуаций, отнесены жизнестойкость, включающая вовлеченность, контроль и принятие риска; активность и оптимизм, позитивные самовосприятие и представления о природе человека, осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность.

Установлены возрастные тенденции развития личностных ресурсов и копинг-стратегий, необходимых для преодоления критических ситуаций, от юности к зрелости. Показано, что от юности к зрелости снижаются активность и жизнестойкость, и преодолению критических ситуаций, главным образом, способствуют такие личностные ресурсы, как осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность. В зрелости реже, чем в юности, используется конфронтация как непродуктивная копинг-стратегия. Полученные данные вносят вклад в психологию развития, акмеологию, психологию личности и этнопсихологию.

Практическая значимость исследования.

Полученные в эмпирическом исследовании данные позволяют прогнозировать возможные риски в процессе переживания и преодоления критических ситуаций, вызванных событиями жизни в юности и зрелости. Материалы исследования могут быть использованы психологами в консультативной работе. Данные диссертации полезны для психологической службы в вузах. Содержащиеся в диссертации эмпирические данные и выводы могут быть включены в содержание ряда учебных дисциплин -«Возрастная психология», «Этнопсихология», «Психологическое консультирование» - в процессе подготовки бакалавров и магистров в вузах различных регионов.

Положения, выносимые на защиту:

  1. Преодоление критических ситуаций осуществляется на поведенческом уровне при использовании паттернов совладающего поведения и на личностном уровне при активизации личностных ресурсов. Личностные ресурсы, такие, как жизнестойкость, активность, оптимизм, экзистенциальная исполненность и др., проявляются в разных сочетаниях и имеют разный уровень выраженности в зависимости от возраста, половой принадлежности и культурно-исторических условий.
  2. В связи с приобретением жизненного опыта и начинающимся биологическим старением от юности к зрелости снижается активность и жизнестойкость, но повышаются оптимизм и позитивные представления о природе человека, осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность.
  3. Поведенческий уровень преодоления критических ситуаций отличается значительным разнообразием используемых копинг-стратегий в юношеском и зрелом возрастах. С возрастом реже используется один из наиболее непродуктивных паттернов совладающего поведения -конфронтация.
  4. В разных культурно-исторических условиях наблюдается своеобразное, характерное для определенного региона, сочетание личностных ресурсов, реализуемых в критических ситуациях. Для московской выборки характерны высокая жизнестойкость, оптимизм, осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность; для грозненской выборки – высокая активность; для ереванской выборки - высокая активность и экзистенциальная исполненность; для римской выборки – жизнестойкость, высокий оптимизм в сочетании с низкой активностью, позитивные представления о природе человека, экзистенциальная исполненность.
  5. Выраженность копинг-стратегий в исследованных регионах различна: в московской и грозненской выборках (РФ) преобладает планирование решения проблемы, в ереванской выборке (Армения) – самоконтроль, в римской выборке (Италия) – принятие ответственности в юности и положительная переоценка ситуации в зрелости.

Апробация и внедрение результатов исследования

Материалы диссертационного исследования обсуждались на заседаниях кафедры возрастной психологии Московского городского психолого-педагогического университета, кафедры общей, возрастной и педагогической психологии и кафедры психологической адаптации и профессионального развития Государственной классической академии имени Маймонида (на протяжении всего времени проведения исследования); освещались на Международной научно-практической конференции «Психология нравственности и религия: ХХI век» (Москва, 16-17 ноября 2011 г.); на I ежегодной научно-практической отчетной конференции «Инновации в образовательном процессе» (Москва, 9 декабря 2012 г.); на Х международной заочной научно-практической конференции «Научная дискуссия: вопросы педагогики и психологии» (Москва, 21 февраля, 2013); на Международной заочной научной конференции «Актуальные вопросы современной психологии (II)» (Челябинск, 20 февраля 2013 г.); на XII международной научно-практической конференции «Социально-гуманитарные и юридические науки: современные тренды в изменяющемся мире» (Краснодар, 25 февраля 2013 г.). Материалы исследования используются в учебных дисциплинах «Возрастная психология» и «Этнопсихология» в ГКА имени Маймонида и Армянском государственном педагогическом университете имени Х. Абовяна, а также внедрены в консультативный процесс Центра инновационных технологий в психологии и образовании «Мегаполис».

Достоверность полученных результатов обеспечивается научно-методологической обоснованностью исследования, соответствием методов и методик цели и гипотезе исследования, репрезентативностью выборки испытуемых и корректным использованием методов математической статистики при анализе полученных данных.

Структура и объем диссертации.

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка и 8 приложений. Библиография включает 212 наименований, из них 26 на английском и немецком языках. В диссертации представлено 8 таблиц и 47 рисунков. Объем основного текста диссертации - 172 страницы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении дана общая характеристика работы, обоснована ее актуальность, определены объект, предмет, цель и задачи исследования, представлены теоретико-методологические основы, методы и методики исследования, изложены положения, выносимые на защиту, показана научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе - «Личность в критических ситуациях» - рассматриваются понятия «кризис» и «критическая ситуация», даются представления о нормативном и ненормативном кризисах, подробно описываются протекание возрастных кризисов в юности и зрелости; даётся характеристика преодоления критических ситуаций на поведенческом уровне, представлена классификация паттернов совладающего поведения или копинг-стратегий; показана роль личностного потенциала в преодолении трудностей, определены понятия «личностный потенциал» и «личностные ресурсы», а также составляющие этих феноменов.

Раздел 1.1. На основе анализа теоретических позиций (Л.С. Выготский, Ф.Е. Василюк, В.В. Козлов, Б. Ливехуд, К.Н. Поливанова, В.И. Слободчиков и др.) формулируется точка зрения, согласно которой критическая ситуация является широким понятием, включающим в себя как нормативные возрастные кризисы, так и ненормативные кризисы жизненного пути. Критическая ситуация связана с невозможностью реализации жизненно важных потребностей, мотивов и ценностей (Ф.Е. Василюк). К критическим ситуациям могут быть отнесены стрессовые или другие трудные ситуации (неразделенная любовь, утрата, тяжелая болезнь, потеря работы и т.п.), для преодоления которых необходимы определенные личностные ресурсы и паттерны совладающего поведения.

Раздел 1.2. Способы совладания с трудностями или копинг-стратегии представлены в исследованиях многих отечественных и зарубежных авторов (Т.Л. Крюкова, Р. Лазарус, С. Фолкман, L.I. Pearlin, C. Schooler, C.S. Carver, A.G. Billings, R.H. Moos, P.P. Vitaliano, H. Weber и др.). Копинг-стратегии рассматриваются как наиболее значимые паттерны поведения, способствующие разрешению трудных (критических) ситуаций. Различаются продуктивные и непродуктивные копинг-стратегии. К непродуктивным формам совладающего поведения отнесены бегство, дистанцирование, конфронтация. К продуктивным - планирование решения проблемы, принятие ответственности, самоконтроль, поиск социальной поддержки. Положительная переоценка ситуации не имеет однозначной оценки.

Раздел 1.3. Понятие «личностные ресурсы» по своему содержанию и функциям близко к понятию «личностный потенциал» (А.И. Гусев, Д.А. Леонтьев, Е.И. Рассказова, C.S. Carver, D.M. Khoshaba, S.R. Maddi, M.F. Scheier и др.). В данном исследовании под личностными ресурсами понимаются индивидуально-психологические особенности, активизирующиеся в критической ситуации и способствующие ее разрешению, оптимальному для личности. В качестве составляющих этого феномена рассматриваются жизнестойкость, включающая вовлеченность, контроль и принятие риска; активность и оптимизм; позитивные самовосприятие и представления о природе человека; осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность.

Во второй главе - «Развитие личности в возрастном и культурно-историческом контекстах» - определяются возрастные границы юности (17 – 21/23 года) и зрелости (30 – 50/60 лет); обсуждаются возрастные закономерности и региональные особенности развития личности, описываются культурно-исторические условия, сложившиеся в регионах исследования; рассматривается понятие «культурно-исторические традиции», анализируется социокультурная ситуация как совокупность материальных, социальных, институциональных и духовных условий развития и самореализации личности.

Раздел 2.1. В психологических исследованиях юность представлена как переходный период от детства к зрелости, зрелость - как время реализации жизненного замысла и продуктивности в основных сферах жизни (Г.С. Абрамова, И.Ю. Кулагина, В.С. Мухина, В.И. Слободчиков, А.В. Толстых, Э. Эриксон и др.). В юности намечается, а в зрелости реализуется стратегия жизни, под которой К.А. Абульхановой-Славской (1991) понимается интегральная характеристика жизни, предполагающая соотнесение требований окружающей действительности с ценностно-потребностной сферой личности, формами ее самореализации и уровнем активности. Потенциал личности, как система постоянно пополняемых и возобновляемых ресурсов, зависит от характера профессиональной деятельности (А.А. Деркач). Гендерная специфика развития личности в эти возрастные периоды связана с принимаемыми социальными ролями и усвоенными стереотипами – маскулинности/фемининности, семейных и профессиональных ролей и содержания деятельности (Т.В. Бендас, Ш. Берн, М. Мид).

Раздел 2.2. Культурно-исторические условия, в которых происходит развитие личности, включают социокультурную ситуацию как совокупность материальных, социальных, институциональных и духовных условий развития и самореализации, процессы социализации личности, важным аспектом которой является становление образа жизни и культурно-исторические традиции. Характеристиками образа жизни, применительно к личностному развитию, выступают ценностно-смысловые ориентации, связанные с соответствующими формами деятельности. В работах ряда авторов (А.Г. Асмолов, Г.М. Бирженюк, А.Р. Гарифзянова, А.П. Марков, Э.А. Орлова и др.) выявлена неоднозначность связей между социкультурной средой, сферами жизнедеятельности, образом жизни и личностными новообразованиями.

Понятие «культурно-исторические традиции» рассматривается вслед за Е. Шацким (1990) и М.В. Захарченко (2002) в контексте проблем исторического наследования культуры, преемственности и инноваций ценностного отношения субъекта к объектам традиции. При этом в объект традиции включаются, помимо элементов культурного наследия, поведенческие паттерны и способы регулирования поведения, что определяет способ или образ жизни. Можно предположить, что при разных культурно-исторических условиях, сложившихся в разных регионах, в критических ситуациях реализуются своеобразные личностные ресурсы и поведенческие стратегии.

Раздел 2.3. В социологии, культурологии и смежных науках существуют сведения о культурно-исторических условиях в тех регионах, где проводилось эмпирическое исследование. В работах социальных психологов и политологов (А.Г. Агаев, Ш.А. Гапуров, З.Х. Ибрагимова, А.М. Израйлов, Д.В. Ольшанский, А.В. Павловская, Р.А. Товсултанов) отражены некоторые исторически сложившиеся традиции, оказывающие влияние на формирование национального менталитета, и определены черты национального характера. В современной этнопсихологии выделены критерии, согласно которым культура Италии (Рим) и Центральной России (Москва) может быть отнесена к модернизированным культурам, а культура Чеченской республики (Грозный) и Армении (Ереван) - к традиционным (Г. Хофстеде, 1980; О.Е. Хухлаев, 2009).

Проведенный анализ литературных источников послужил теоретической базой для проведения эмпирического исследования.

В третьей главе - «Личностные ресурсы и совладающее поведение в юности и зрелости» - представлено эмпирическое исследование, состоящее из четырех разделов:

  1. Организация и методика исследования.
  2. Анализ возрастных различий жизнестойкости, осмысленности жизни и других личностных ресурсов и копинг-стратегий, актуализируемых в критических ситуациях.
  3. Региональная и гендерная специфика личностных ресурсов и паттернов поведения в критических ситуациях в юношеском возрасте.
  4. Региональная и гендерная специфика личностных ресурсов и паттернов поведения в критических ситуациях в зрелом возрасте.

Раздел 3.1. Исследование проводилось в трех странах (РФ, Армения и Италия) и четырех городах (Москва, Грозный, Ереван, Рим). Было использовано шесть методик, направленных на выявление личностных ресурсов и копинг-стратегий. Получено более 7000 единиц обсчета.

Раздел 3.2. Результаты исследования возрастных различий по всем показателям жизнестойкости представлены в таблице 1.

Таблица 1

Различия в показателях личностных ресурсов между возрастными группами Москвы, Грозного, Еревана и Рима (средние значения, U-критерий Манна-Уитни)

Личностный

ресурс

Москва

Грозный

Ереван

Рим

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

жизнестойкость

104,74

81,00

,001

77,53

67,78

,048

85,52

82,33

,459

97,36

92,38

,244

вовлеченность

44,74

34,54

,001

33,61

34,78

,898

36,80

36,13

,566

38,21

40,36

,629

контроль

37,48

30,38

,014

28,53

22,11

,015

31,52

29,53

,287

34,36

33,21

,525

принятие риска

22,52

16,08

,000

15,39

10,89

,028

17,20

16,67

,736

24,79

18,81

,200

активность

22,58

19,85

,013

24,00

19,76

,012

23,68

19,82

,022

18,76

16,98

,026

оптимизм

18,29

20,63

,007

17,72

18,82

,316

18,84

19,06

,936

19,94

22,14

,021

самопринятие

10,39

11,19

,557

9,45

8,65

,230

9,07

10,25

,349

9,88

9,98

,525

самоуважение

9,03

9,93

,410

8,93

9,53

,751

8,79

9,50

,365

8,29

8,98

,612

предст. о прир. чел.

5,42

5,22

,607

5,20

5,94

,047

4,50

5,92

,024

5,12

7,59

,000

осмыслен.жизни

104,07

112,38

,022

95,85

107,7

,028

95,68

112,0

,050

94,43

112,24

,011

экзист. исполн.

181,61

201,42

,007

172,36

179,7

,524

176,6

182,5

,376

161,47

208,95

,000

Из таблицы № 1 видно, что жизнестойкость как личностный ресурс, необходимый для преодоления критических ситуаций, снижается от юношеского возраста к зрелому. Эта возрастная тенденция более ярко выражена в Москве и Грозном (различия между показателями респондентов юношеского и зрелого возрастов достоверны, при р<0,01 и р≤0,048), и менее ярко выражена в Ереване и Риме (различия между возрастными группами недостоверны).

Общий уровень жизнестойкости определяют три её компонента – вовлечённость человека в происходящее; контроль как убежденность в способности влиять на события; принятие риска, в том числе при негативном жизненном опыте. Общее снижение жизнестойкости в зрелом возрасте происходит, главным образом, за счет снижения контроля и принятия риска.

Из таблицы № 1 видно, что активность как личностный ресурс, необходимый для преодоления критических ситуаций, также снижается от юношеского возраста к зрелому (различия значимы во всех выборках, при р<0,05). В то же время, с возрастом повышается оптимизм. Эта тенденция ярко выражена в Москве и Риме (различия между возрастными группами достоверны, при р?0,07 и р?0,021) и слабо выражена в Грозном и Ереване (различия недостоверны).

Из таблицы № 1 видно, что от юношеского к зрелому возрасту повышается самоуважение, хотя различия между возрастными группами недостоверны во всех выборках. Представления о природе человека, тоже являющиеся личностным ресурсом при преодолении критических ситуаций, в зрелости становятся более позитивными, чем в юности (различия между возрастными группами значимы в Риме (р<0,001), Ереване (р?0,024) и Грозном (р?0,047) или остаются практически на том же уровне (Москва).

Важными личностными ресурсами в зрелости являются осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность. Эти показатели по своему уровню оказывается значительно более высокими в зрелом возрасте по сравнению с юностью. Как видно из таблицы, различия между возрастными группами значимы (при р?0,05) во всех выборках по параметру «осмысленность жизни», и в московской и римской выборках по параметру «экзистенциальная исполненность» (при р?0,007). Корреляционный анализ показал, что экзистенциальная исполненность связана с жизнестойкостью, причем при переходе от юношеского к зрелому возрасту эта тенденция усиливается.

Снижение с возрастом активности, общей жизнестойкости и принятия риска, как ее компонента, вероятно, связано, с одной стороны, с началом биологического старения в зрелости, с другой – с приобретением жизненного опыта и стабилизацией образа жизни. Зрелость, как время продуктивности в основных сферах жизни, требует подведения промежуточных итогов, подтверждения или пересмотра основных жизненных ориентиров, поэтому возрастание осмысленности жизни и ее экзистенциальной исполненности неслучайны. Именно эти смыслообразующие компоненты становятся сильным звеном в личностных ресурсах, способствующих преодолению критических ситуаций в зрелости.

Успешность преодоления критических ситуаций зависит не только от личностных ресурсов, которыми располагает человек, но и от используемых им паттернов поведения – копинг-стратегий.

Результаты исследования возрастных различий в копинг-стратегиях представлены в таблице №2.

Таблица 2.

Различия в копинг-стратегиях между возрастными группами Москвы, Грозного, Еревана и Рима (средние значения, U-критерий Манна-Уитни)

Копинг-стратегия

Москва

Грозный

Ереван

Рим

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

юн.

зрел.

р

конфронтация

51,89

46,96

,050

49,03

48,81

,626

49,18

42,46

,228

59,15

48,94

,092

дистанцирование

45,71

45,28

,718

50,83

50,79

,929

57,00

44,05

,022

44,44

53,44

,561

самоконтроль

57,03

62,35

,112

61,43

60,88

,797

62,96

59,18

,098

61,90

66,44

,081

соц. поддержка

63,76

61,74

,702

54,17

60,32

,351

54,94

55,16

,967

58,50

71,03

,029

принятие ответств.

57,27

56,45

,682

57,50

55,95

,516

62,35

55,36

,233

73,04

63,49

,050

бегство-избегание

50,95

45,44

,114

46,35

46,73

,866

44,44

41,97

,901

51,72

40,87

,034

планир. решения

64,92

69,08

,468

60,00

73,02

,031

61,52

55,16

,269

60,78

68,39

,120

положит. переоценка

62,01

58,89

,172

64,40

68,71

,677

67,19

56,80

,048

56,58

73,92

,000

Из таблицы № 2 видно, что в юности чаще, чем в зрелости, используется такая копинг-стратегия, как конфронтация: юноши чаще, чем взрослые, проявляют в критических ситуациях агрессивность и неуступчивость (различия между возрастными группами достоверны в Москве при р?0,05, в Риме – на уровне тенденции, в Грозном и Ереване выражены незначимо).

Раздел 3.3. Результаты исследования региональной специфики личностных ресурсов в юношеском возрасте представлены в таблице № 3.

Из таблицы № 3 видно, что жизнестойкость наиболее выражена у юношей-москвичей, наименее - у юношей из грозненской выборки (различия по критерию Крускала-Уоллиса значимы при р?0,001). Среди компонентов жизнестойкости наиболее выражена вовлеченность в происходящее. В московской выборке вовлеченность представлена максимально, так же, как и второй компонент – контроль над ситуацией (различия по критерию Крускала-Уоллиса достоверны при р?0,003 и р?0,022). Наименее выраженным компонентом жизнестойкости является принятие риска, предполагающее готовность действовать без гарантии достижения успеха. В наибольшей мере этот компонент жизнестойкости представлен у юношей из римской выборки (р<0,001 по критерию Крускала-Уоллиса).

Таблица 3.

Различия в личностных ресурсах у респондентов юношеского возраста из разных регионов (средние значения, Н-критерий Крускала-Уоллиса)

Личностный ресурс

Москва

Грозный

Ереван

Рим

Статистики критерия Крускала-Уоллиса

Хи-квад-рат

ст.св.

Асимпт. знч.

жизнестойкость

104,74

77,53

85,52

97,36

19,095

3

,000

вовлеченность

44,74

33,61

36,80

38,21

13,968

3

,003

контроль

37,48

28,53

31,52

34,36

9,602

3

,022

принятие риска

22,52

15,39

17,20

24,79

20,400

3

,000

активность

22,58

24,00

23,68

18,88

51,013

3

,000

оптимизм

18,29

17,72

18,84

20,29

14,402

3

,002

самопринятие

10,39

9,45

9,07

9,88

3,011

3

,390

самоуважение

9,03

8,93

8,79

8,29

,536

3

,911

представл. о природе человека

5,42

5,20

4,50

5,12

4,104

3

,250

осмысленность жизни

104,07

95,85

86,57

94,43

7,815

3

,050

экзистенциал. исполненность

181,61

172,36

176,60

161,47

7,003

3

,070

Жизнестойкость у московских юношей коррелирует с оптимизмом, в то время как у юношей из Грозного – с активностью (р?0,05). Кроме того, жизнестойкость связана с самоуважением (московская выборка), планированием решения (грозненская выборка) и конфронтацией (римская выборка).

В московской выборке выявлены значимые различия в выраженности суммарного показателя жизнестойкости и двух составляющих ее компонентов – вовлеченности и контроля (р?0,05) - в зависимости от пола респондентов. Девушки из данного региона в целом более стрессоустойчивы по сравнению с юношами и склонны воспринимать возникающие жизненные трудности с большей стойкостью.

Активность как личностный ресурс, помогающий преодолевать критические ситуации, наиболее ярко представлена в юношеских выборках кавказского региона (Грозный, Ереван). Различия (по критерию Крускала-Уоллиса) достоверны при р?0,001. Самые низкие показатели активности дала римская выборка, причем низкая активность у итальянских юношей сочетается с высоким оптимизмом - показатели оптимизма здесь значимо выше, чем во всех остальных выборках (р?0,002).

Региональные различия в таких показателях, как самопринятие и самоуважение и представления о природе человека между юношескими выборками отсутствуют (как по критерию Крускала-Уоллиса, так и по критерию Манна-Уитни).

Общая осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность в наибольшей мере присущи юношам из московской выборки (различия в общих показателях осмысленности жизни значимы по критерию Крускала-Уоллиса при р?0,05). В римской юношеской выборке экзистенциальная исполненность находится на довольно низком уровне.

В московской юношеской выборке корреляционный анализ выявил связь между экзистенциальной исполненностью и общей осмысленностью жизни - феноменами, близкими по своей сути, - а также взаимосвязи между экзистенциальной исполненностью и компонентами жизнестойкости. При высоком уровне осмысленности и содержательности жизни юные москвичи считают себя способными свою жизнь контролировать, они не боятся действовать на свой страх и риск при отсутствии гарантий успеха.

В таблице № 4 представлены различия в копинг-стратегиях у лиц юношеского возраста из разных регионов.

Таблица 4.

Различия в копинг-стратегиях у лиц юношеского возраста из разных регионов (средние значения, Н-критерий Крускала-Уоллиса)

Копинг-стратегия

(ОСС)

Москва

Грозный

Ереван

Рим

Статистики критерия Крускала-Уоллиса

Хи-квадрат

ст.св.

Асимпт. знч.

конфронтация

51,89

49,03

49,18

59,15

3,911

3

,271

дистанцирование

45,71

50,83

57,00

44,44

8,553

3

,036

самоконтроль

57,03

61,43

62,96

61,9

4,924

3

,177

соц. поддержка

63,76

54,17

54,94

58,5

5,399

3

,145

принятие ответств.

57,27

57,5

62,35

73,04

8,181

3

,042

бегство-избегание

50,95

46,35

44,44

51,72

3577

3

,311

планирование решения

64,92

60

61,52

60,78

2,025

3

,567

положит. переоценка

62,01

64,4

67,19

56,58

5,103

3

,164

Из таблицы № 4 видно, что на поведенческом уровне прослеживаются различия в выраженности некоторых копинг-стратегий. Дистанцирование максимально выражено в ереванской выборке (различия по критерию Крускала-Уоллиса значимы при р?0,036). Ответственность как признание своей особой роли в решении возникшей проблемы, наиболее характерна для римской выборки (р?0,042).

Конфронтация как достаточно распространенная в юности копинг-стратегия оказалась взаимосвязанной со многими показателями – в юношеской выборке г. Москвы - с социальной поддержкой, дистанцированием и положительной переоценкой (р<0,05, коэффициент ранговой корреляции Спирмена). У юношей из г. Грозного конфронтация связана с самоконтролем, дистанцированием, избеганием, социальной поддержкой, планированием решения и положительной переоценкой (р<0,05). В римской юношеской выборке конфронтация связана с планированием решения (р<0,05). Таким образом, на данном возрастном этапе конфронтация становится одним из имплицитно содержащихся аспектов в разных видах совладающего поведения. Особенно это характерно для лиц юношеского возраста из грозненской выборки.

В римской выборке выявлены статистически достоверные гендерные различия по показателю социальной поддержки (р<0,05, критерий Манна-Уитни). В Италии возможности найти в обществе материальную, информационную и эмоциональную поддержку оказываются более значимыми для девушек, чем для юношей.

Парные сравнения показателей личностных ресурсов и копинг-стратегий по критерию Манна-Уитни позволили выявить регионы, наиболее близкие по типу реагирования на критические ситуации в юности. Максимально сходными оказались данные, полученные в грозненской и ереванской выборках (не установлено достоверных различий ни по одному исследованному параметру). Культурно-исторические условия сходны в кавказских регионах, и в юношеском возрасте ярко проявляется зависимость от них.

Раздел 3.4. Результаты исследования региональной специфики личностных ресурсов и паттернов поведения в критических ситуациях в зрелом возрасте представлены в таблице № 5.

Таблица 5.

Различия в личностных ресурсах у респондентов зрелого возраста из разных регионов (средние значения, Н-критерий Крускала-Уоллиса)

Личностный ресурс

Москва

Грозный

Ереван

Рим

Статистики критерия Крускалла-Уоллиса

Хи-квад-

рат

ст.св.

Асимпт. знч.

жизнестойкость

81,00

67,78

82,33

92,38

19,242

3

,000

вовлеченность

34,54

34,78

36,13

40,36

14,984

3

,002

контроль

30,38

22,11

29,53

33,21

19,034

3

,000

принятие риска

16,08

10,89

16,67

18,81

18,779

3

,000

активность

19,85

19,76

19,82

16,98

16,165

3

,001

оптимизм

20,63

18,82

19,06

22,14

22,847

3

,000

самопринятие

11,19

8,65

10,25

9,98

4,538

3

,209

самоуважение

9,93

9,53

9,50

8,98

1,273

3

,735

представл. о природе человека

5,22

5,94

5,92

7,59

23,306

3

,000

осмысленность жизни

112,38

107,67

112,00

112,24

4,630

3

,201

экзистенциал. исполненность

201,42

179,67

182,53

208,95

11,976

3

,007

Из таблицы № 5 видно, что жизнестойкость в наибольшей мере присуща римлянам зрелого возраста, в наименьшей степени – представителям грозненской выборки (различия по критерию Крускала-Уоллиса достоверны при р<0,001). Значимые (р<0,005) различия выявлены также по компонентам жизнестойкости: вовлеченность максимально выражена в выборке г. Рима, контроль и принятие риска минимально выражены в выборке г. Грозного.

Жизнестойкость в зрелом возрасте взаимосвязана с оптимизмом (московская выборка); с экзистенциальной исполненностью и самоуважением (г. Грозный); с самоуважением и планированием решения (г. Ереван); с экзистенциальной исполненностью, осмысленностью жизни и представлениями о природе человека (г. Рим).

Среди респондентов из грозненской выборки выраженность жизнестойкости значимо больше у респондентов-мужчин (р<0,05, критерий Манна-Уитни). По компонентам жизнестойкости установлены значимые различия в показателях контроля и принятия риска (р<0,05). Мужчины из выборки г. Грозного в большей степени, по сравнению с женщинами, склонны контролировать происходящие события и действовать по своему усмотрению в ситуациях неопределенности, принимая на себя всю ответственность за возможные последствия.

Оптимизм у лиц зрелого возраста в Риме и Москве значимо выше (р<0,001, критерий Крускала-Уоллиса), чем в других регионах. При этом в римской выборке с высоким показателем оптимизма сочетаются крайне низкие значения параметра «активность». Следует отметить, что активность у итальянских женщин значимо ниже, чем у мужчин (р<0,01, критерий Манна-Уитни).

Региональные различия в показателях самовосприятия по критерию Крускала-Уоллиса отсутствуют. В московской выборке выявлены статистически значимые гендерные различия по параметру «самоуважение» (р<0,01, критерий Манна-Уитни), по параметру «самопринятие» - на уровне тенденции: оба показателя выше у взрослых мужчин-москвичей.

Римскую выборку отличает высокий уровень позитивных представлений о природе человека (различия по критерию Крускала-Уоллиса достоверны при р<0,001). Не установлено значимых различий между представителями разных регионов зрелого возраста по общему показателю осмысленности жизни. Показатель экзистенциальной исполненности, отражающий достижение человеком согласия с собой и с миром, соответствие личностной сущности его решений и поступков, значимо выше в римской и московской выборках (р?0,007 по критерию Крускала-Уоллиса).

В кавказских регионах наблюдаются гендерные различия по параметру «экзистенциальная исполненность»: у мужчин и женщин из г. Грозного - достоверные (р?0,01), в ереванской выборке – на уровне тенденции. В обоих регионах этот показатель выше у мужчин зрелого возраста.

Результаты исследования региональных особенностей копинг-стратегий в зрелом возрасте представлены в таблице № 6.

Таблица 6.

Различия в копинг-стратегиях у лиц зрелого возраста из разных регионов (средние значения, Н-критерий Крускала-Уоллиса)

Копинг-стратегия

(ОСС)

Москва

Грозный

Ереван

Рим

Статистики критерия Крускала-Уоллиса

Хи-квадрат

ст.св.

Асимпт. знч.

конфронтация

46,96

48,81

42,46

48,94

3,028

3

,387

дистанцирование

45,28

50,79

44,05

53,44

1,776

3

,620

самоконтроль

62,35

60,88

59,18

66,44

5,569

3

,135

соц. поддержка

61,74

60,32

55,16

71,03

12,150

3

,007

принятие ответств.

56,45

55,95

55,36

63,49

6,196

3

,102

бегство-избегание

45,44

46,73

41,97

40,87

3,444

3

,328

планирование решения

69,08

73,02

55,16

68,39

9,461

3

,024

положит. переоценка

58,89

68,71

56,80

73,92

23,216

3

,000

В таблице № 6 отмечены значимые различия между регионами, полученные по трем копинг-стратегиям. Максимально выражены социальная поддержка и положительная переоценка в римской выборке зрелого возраста, минимально – в ереванской. Планирование решения в наибольшей степени присуще лицам среднего возраста из Грозного, в наименьшей – в Ереване.

Выявлена положительная корреляция экзистенциальной исполненности с такой продуктивной копинг-стратегией, как планирование решения (московская выборка), и отрицательная корреляция с рядом непродуктивных копинг-стратегий – дистанцированием, бегством и конфронтацией (римская выборка).

Использование критерия Манна-Уитни показало, что в зрелом возрасте, по сравнению с юношеским, проявляется больше региональных различий. Наиболее полярными по многим особенностям реагирования на критические ситуации на данном возрастном этапе становятся представители римской выборки (модернизированная культура) и респонденты кавказских регионов (традиционные культуры). Как и в юности, сохраняется сходство личностных ресурсов и копинг-стратегий у лиц зрелого возраста из Грозного и Еревана. На этом возрастном этапе появляется сходство по ряду параметров у респондентов из московской и ереванской выборок, что можно объяснить особой гибкостью армянской культуры, которая, наряду с сохранением культурно-исторических традиций, открыта для инноваций.

В заключении даны психологические портреты юношей и лиц зрелого возраста из Москвы, Грозного, Еревана и Рима.

Для московской выборки в юности характерна высокая жизнестойкость, наиболее выраженным компонентом которой является вовлеченность в происходящее. Ярко представлен также контроль над ситуацией. Жизнестойкость у юных москвичей коррелирует с оптимизмом. Кроме жизнестойкости, в системе личностных ресурсов московского юношества ярко выражены осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность. Корреляционный анализ выявил у москвичей юношеского возраста связь между экзистенциальной исполненностью и общей осмысленностью жизни – феноменами, близкими по своей сути, - а также взаимосвязи между экзистенциальной исполненностью и компонентами жизнестойкости: при высоком уровне осмысленности и содержательности жизни они считают себя способными эту жизнь контролировать и не боятся действовать на свой страх и риск при отсутствии гарантий успеха. Юные москвичи предпочитают такие паттерны совладающего поведения, как планирование решения проблемы, социальная поддержка и положительная переоценка ситуации.

Для московской выборки в зрелости характерны высокие уровни осмысленности жизни, активности и самовосприятия. В этой возрастной группе москвичей, так же как в юношеской, оптимизм взаимосвязан с жизнестойкостью. У респондентов зрелого возраста из московского региона доминируют копинг-стратегии «планирование решения» и «самоконтроль». При этом стратегия планирования решения проблемы связана с экзистенциальной исполненностью.

Для грозненской выборки в юности характерен высокий уровень активности, связанной с жизнестойкостью, и достаточно высокие уровни самоуважения и осмысленности жизни. Осмысленность жизни коррелирует с жизнестойкостью. У лиц юношеского возраста из г. Грозный ведущими копинг-стратегиями являются положительная переоценка, самоконтроль и планирование решения проблемы, связанное с таким компонентом жизнестойкости как контроль.

Для взрослых из г. Грозного характерны высокая активность и достаточно высокий уровень самоуважения, взаимосвязи жизнестойкости с экзистенциальной исполненностью и самоуважением, экзистенциальной исполненности с оптимизмом, принятием риска и контролем. У представителей грозненской выборки зрелого возраста доминирует наиболее продуктивная копинг-стратегия произвольной, проблемно-ориентированной, аналитической деятельности по изменению неблагоприятной ситуации – планирование решения проблемы.

Ереванскому юношеству свойственны высокий уровень активности и достаточно высокие уровни экзистенциальной исполненности и оптимизма. Ведущими стратегиями совладания с критическими ситуациями являются положительная переоценка, проявляющаяся в усилиях по созданию положительного смысла ситуации и концентрации на личностном росте, самоконтроль и принятие ответственности.

Лицам среднего возраста из г. Еревана свойственны высокая активность и достаточно высокие уровни жизнестойкости и самопринятия; взаимосвязи жизнестойкости, самоуважения и копинг-стратегии «планирование решения проблемы», самоуважения и оптимизма. К доминирующим копинг-стратегиям у респондентов ереванской выборки зрелого возраста относятся самоконтроль, положительная переоценка и принятие ответственности.

В римской выборке в юности из компонентов жизнестойкости ярко выражено принятие риска, предполагающее готовность действовать без гарантий достижения успеха. При этом принятие риска связано с такими продуктивными копинг-стратегиями как самоконтроль и поиск социальной поддержки. Жизнестойкость у юных римлян взаимосвязана с конфронтацией, как паттерном поведения, используемым в критических ситуациях. У юношей из Рима относительно низкая активность сочетается с высоким оптимизмом. Предпочитаемыми копинг-стратегиями у римлян юношеского возраста являются принятие ответственности, самоконтроль и планирование решения.

Несмотря на общую возрастную тенденцию снижения жизнестойкости от юности к зрелости, жизнестойкость римлян среднего возраста существенно выше, чем в других регионах. Жизнестойкость связана с экзистенциальной исполненностью, осмысленностью жизни и позитивными представлениями о природе человека, причем уровень позитивных представлений о природе человека у взрослых римлян значимо выше, чем в других выборках этого возраста. Так же как в юности, в среднем возрасте у римлян при низкой активности высок оптимизм. Для римской выборки зрелого возраста характерен высокий уровень экзистенциальной исполненности, отрицательно коррелирующей с непродуктивными копинг-стратегиями – дистанцированием, бегством и конфронтацией. Из паттернов совладающего поведения взрослые римляне чаще всего используют социальную поддержку и положительную переоценку ситуации.

Полученные в эмпирическом исследовании данные позволили сделать следующие выводы:

1. Для успешного преодоления критических ситуаций необходимы личностные ресурсы и конструктивные паттерны поведения. К наиболее значимым личностным ресурсам можно отнести жизнестойкость, включающую вовлеченность, контроль и принятие риска; оптимизм и активность; позитивные самовосприятие и представления о природе человека; осмысленность жизни и экзистенциальную исполненность. К продуктивным паттернам поведения, используемым в критических ситуациях, следует отнести такие копинг-стратегии, как планирование решения, принятие ответственности, самоконтроль, поиск социальной поддержки, к наименее продуктивным – бегство, дистанцирование, конфронтацию.

2. Личностные ресурсы, используемые в процессе преодоления критической ситуации, и предпочитаемые копинг-стратегии имеют возрастные особенности. Жизнестойкость снижается от юношеского возраста к зрелому, причем снижение происходит, главным образом, за счет двух компонентов: принятия риска и контроля. От юношеского возраста к зрелому активность снижается, но, в то же время, с возрастом повышается оптимизм. В зрелости не меняется самовосприятие, но представления о природе человека оказываются более позитивными, чем в юности. Осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность становятся более высокими по своему уровню в зрелом возрасте по сравнению с юностью. При этом экзистенциальная исполненность взаимосвязана с жизнестойкостью, и в зрелом возрасте эта связь усиливается. В юности чаще, чем в зрелости, используется такая непродуктивная копинг-стратегия, как конфронтация: юноши чаще, чем взрослые, проявляют в критических ситуациях агрессивность и неуступчивость.

3. Личностные ресурсы, используемые в процессе преодоления критической ситуации, и предпочитаемые копинг-стратегии имеют региональную специфику, связанную с различными культурно-историческими условиями - традициями и современной социокультурной ситуацией, - в которых находятся лица юношеского и зрелого возрастов.

3.1. Жизнестойкость в наибольшей степени выражена у юношей-москвичей и лиц среднего возраста из римской выборки; в наименьшей степени – у представителей обеих возрастных групп из грозненской выборки. Активность максимально представлена в юношеских выборках кавказского региона (Грозный, Ереван), минимально – в обеих возрастных группах из римской выборки. Причем в римской выборке низкая активность сочетается с высоким оптимизмом, как в юности, так и в зрелости. Высокий оптимизм характерен также для лиц зрелого возраста в Москве. Самовосприятие не имеет региональной специфики. Высокий уровень позитивных представлений о природе человека присущ лицам среднего возраста в римской выборке. В юношеском возрасте осмысленность жизни и экзистенциальная исполненность наиболее высоки в московской выборке, в зрелом возрасте максимальные показатели экзистенциальной исполненности наблюдаются в римской и московской выборках.

3.2. Планирование решения проблемы как наиболее продуктивная копинг-стратегия в наибольшей мере присуща лицам среднего возраста в грозненской выборке. Принятие ответственности характерно для римской юношеской выборки. Социальная поддержка и положительная переоценка максимально используются в зрелом возрасте в Риме. Выявлена положительная корреляция экзистенциальной исполненности с такой продуктивной копинг-стратегией, как планирование решения (выборка лиц среднего возраста из Москвы), и отрицательная корреляция с рядом непродуктивных копинг-стратегий – дистанцированием, бегством и конфронтацией (лица зрелого возраста из римской выборки).

4. Гендерные различия представлены в меньшей степени, чем возрастные и региональные. В московской выборке в юности девушки обладают более высокой жизнестойкостью, чем юноши; в зрелости для мужчин-москвичей характерно более позитивное самовосприятие, чем для женщин. В грозненской выборке среднего возраста жизнестойкость выше у мужчин, чем у женщин; такой значимый в зрелости личностный ресурс, как экзистенциальная исполненность, также в большей мере присущ мужчинам из Грозного. В ереванской выборке активность юношей несколько выше, чем девушек; экзистенциальная исполненность и такая копинг-стратегия, как положительная переоценка ситуации у ереванских мужчин зрелого возраста несколько выше, чем у женщин (гендерные различия проявляются на уровне тенденции). В римской выборке девушки в критических ситуациях в большей степени склонны опираться на социальную поддержку, чем юноши; взрослые женщины менее активны, чем мужчины-римляне.

Основные результаты исследования отражены в следующих публикациях:

Статьи в научных журналах, рекомендованных ВАК РФ:

1. Сенкевич Л.В., Базаркина И.Н. Специфика личностных ресурсов преодоления критических ситуаций и ненормативных кризисов у лиц зрелого возраста в разных культурно-исторических условиях // Вестник МГОУ. Серия «Психологические науки». - 2012. - № 4. - С. 13-21.

2. Базаркина И.Н. Копинг-поведение в юношеском и зрелом возрастах при разных культурно-исторических традициях // Актуальные проблемы психологического знания. - 2012. - № 4 (25). - С. 39-44.

3. Сенкевич Л.В., Базаркина И.Н., Аракелян С.О. Совладающее поведение в юношеском возрасте как условие продуктивного переживания экзистенциального кризиса (социокультурный аспект) // Социальная политика и социология. – 2012. - № 8 (86). - С. 125-139.

4. Базаркина И.Н. Культурно-исторический аспект самореализации личности как фактора стрессоустойчивости у лиц юношеского и зрелого возрастов // Российский научный журнал. -2013. - № 1 (32). – С. 226-232.

5. Базаркина И.Н. Гендерные аспекты личностных ресурсов и копинга в юношеском и зрелом возрастах в разных регионах // Российский научный журнал. -2013. - № 2 (33). – С. 189-195.

Статьи в научных журналах и материалах конференций:

6. Базаркина И.Н. Развитие толерантности у студентов в поликультурном пространстве вуза // Казанская наука. - 2010. - № 8. - Вып. 2. - С.438-441.

7. Базаркина И.Н. Личностные ресурсы и паттерны поведения этнических армян в критических ситуациях в юношеском и зрелом возрастах // Актуальные вопросы современной психологии (II): Материалы международной заочной научной конференции (г. Челябинск, февраль 2013 г.). - Челябинск: Два комсомольца, 2013. — С. 32-40.

8. Базаркина И.Н. Психологические особенности итальянцев в контексте проявлений их личностных ресурсов и паттернов поведения в критических ситуациях в юношеском и зрелом возрастах // Научная дискуссия: вопросы педагогики и психологии: Материалы Х международной заочной научно-практической конференции. Часть II. (21 февраля 2013 г.).– М.: Изд. «Международный центр науки и образования», 2013. – С. 143-158.

9. Базаркина И.Н. Личностные ресурсы и паттерны поведения москвичей в критических ситуациях в юношеском и зрелом возрастах // Материалы XII Международной научно-практической конференции «Социально-гуманитарные и юридические науки: современные тренды в изменяющемся мире» (25 февраля 2013 г.). - Краснодар, 2013. - С. 42-53.


Полнотекст автореферата
Перейти к списку диссертаций