Детская психология
 

Отрасли        психологии


RSS Настроить


ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ
                  ДЛЯ АСПИРАНТОВ





Социально-психологические механизмы коммуникативного воздействия

Диссертант: Хараш Адольф Ульянович
Год защиты: 1983
Ученая степень: кандидат психологических наук
Специальность: 19.00.05 – социальная психология
Научный руководитель: Нет данных по руководителю
Ведущее учреждение: Институт психологии им Д.Н. Узнадзе АН Грузинской ССР
Место выполнения: МГУ им. М.В. Ломоносова
Оппоненты: Крогиус Н.В., Обозов Н.Н.
Добавить в закладки
Версия для печати
Отправить на e-mail

Хараш Адольф Ульянович

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ КОММУНИКАТИВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Настоящая работа представляет собой научный отчет об исследованиях в области психологии коммуникативного воздействия, проведенных за более чем десятилетний период. Первоначальная сфера интересов автора ограничивалась теми процессами и феноменами, которые традиционно составляют предмет психологии коммуникативного воздействия, а именно, массовыми коммуникациями и устной пропагандой. Впоследствии этот интерес распространился на менее традиционные для психологии коммуникативного воздействия области социальной практики, такие, как деятельность трудового коллектива, взаимодействие руководителя с подчиненным, воспитательно-педагогические воздействия, активная социально-психологическая подготовка. Наши исследования с самого начала были направлены на то, чтобы прояснить собственно социально-психологическую природу изучаемых явлений и предложить практикам пропаганды, воспитания и управления народным хозяйством научно обоснованные методы коммуникативного воздействия.

Актуальность исследований, освещаемых и обобщаемых в настоящей работе, обусловлена той первоочередной ролью, которую играет в сегодняшней практике коммунистического строительства работа с людьми, человеческий фактор производства. "Всю нашу идеологическую, воспитательную, пропагандистскую работу необходимо решительно поднять на уровень тех больших и сложных задач, которые решает партия в процессе совершенствования развитого социализма", - так сформулировал задачу, стоящую перед всем комплексом наук о человеке в нашей стране, Генеральный секретарь ЦК КПСС Ю.В. Андропов в своем выступлении на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС.

В большинстве своем наши исследования можно рассматривать как непосредственный отклик на задачи, сформулированные в постановлениях ЦК КПСС "О повышении роли устной политической агитации в выполнении решений ХХУ съезда КПСС", "О дальнейшем улучшении идеологической, политико-воспитательной работы", "О состоянии и мерах улучшения лекционной пропаганды", а также на указания относительно необходимости совершенствования управленческого труда и воспитательной работы, содержащиеся в материалах 25 и 26 съездов КПСС. Выступая в качестве первоочередной практической задачи коммунистического строительства, работа с людьми и коммуникативное воздействие на мысли, чувства и поведение человека, как ее необходимая и важнейшая составляющая, становится тем самым актуальнейшей задачей советской психологической науки. Роль воздействия с помощью слова растет ввиду повышения роли идеологической работы, неуклонного расширения всего комплекса массовых коммуникаций и системы устной пропаганды политических и научных знаний, развития психокоррекционной практики, в первую очередь семейного консультирования и социально-психологического тренинга, ввиду усиления личностного фактора в управлении трудовыми коллективами.

Как подчеркивается в Постановлении июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС "Актуальные вопросы идеологической, массово-политической работы партии", всемерно возрастает значение "живого, доверительного общения с людьми, откровенного разговора о волнующих их вопросах". Практика показывает, однако, что существующая психологическая теория коммуникативного воздействия все еще в недостаточной мере готова указать конструктивные и эффективные пути такого диалога. На повестке дня стоит вопрос о построении теории, способной обеспечить постоянную возможность действенного участия научной мысли и научных методов в работе над усложняющимися фактическими проблемами.

Исследования, суммируемые в данном отчете, рассчитаны на то, чтобы повысить научный уровень изучения психологических закономерностей и принципов работы с людьми и тем самым способствовать дальнейшему совершенствованию этой сферы коммунистического строительства.

Цель исследования состояла в осмыслении и последовательной концептуализации коммуникативного воздействия как диалогического общения, а не "монологического вещания", как это подчас имеет место в существующей теории коммуникативного воздействия и в ее методических приложениях. В методологическом преломлении эта цель может быть сформулирована как обоснование необходимости субъект - субъектного (интер субъектного) подхода к изучению различных видов коммуникативного воздействия и систематического отказа от традиционного субъект - объектного (манипулятивного) представления о нем. Будучи характерными в первую очередь для западных концепций, те или иные элементы манипулятивного подхода проникают иной раз в структуру концептуальных обобщений, всецело и последовательно опирающихся в остальном на марксистско-ленинское мировоззрение. Это ведет, в свою очередь, к неоправданным допущениям в теоретической трактовке феноменов, образующих предметную сферу психологии коммуникативного воздействия, и ограничивает возможность практического применения этих обобщений в условиях развитого социалистического общества. Причину данного явления следует искать, на наш взгляд, в недостаточном научном осмыслении границ, разделяющих два указанных подхода, т.е. в том, что: (а) практически остаются невыявленными и не сформулированными в явном виде скрытые аксиоматические допущения, лежащие в основе манипулятивной парадигмы; (б) не сведены в целостную систему, эксплицитно противостоящую всей совокупности манипулятивных взглядов на природу человеческой коммуникации, те предпосылки интерсубъектного подхода, которые уже имеются в советской психологической науке; (в) в понятийном аппарате теории коммуникативного воздействия отсутствует ряд категорий, необходимых для конструктивного решения указанных задач.

В соответствии с поставленной целью проводившиеся исследования были ориентированы на решение следующих задач:

1. Обнаружение и формулирование скрытых, неявных предпосылок манипулятивного подхода к исследованию коммуникативных воздействий, выявление лежащих в его основе аксиоматических допущений.

2. Доказательство неадекватности манипулятивных представлений о природе коммуникативного воздействия и обсуждение путей их преодоления.

3. Построение системы методологических предпосылок и теоретических условий интерпретации коммуникативного воздействия как диалогического общения между коммуникатором и реципиентом.

4. Интерпретация коммуникативного воздействия как диалогического общения. Разработка основных концептуальных представлений и понятий интерсубъектного подхода.

5. Практическое приложение социально-психологической теории, основывающейся на интерсубъектного подходе, к различным сферам социального воздействия и разработка соответствующих практических рекомендаций.

Научная новизна исследования в плане методологических проблем социальной психологии состоит в тон, что в нем предлагается оригинальная трактовка субъект - субъектной парадигмы на базе принципа деятельности. Вводится представление о предметной фокусировке как о базовом процессе человеческого общения. Обоснована необходимость изучения реципиента коммуникативных воздействий как социальной индивидуальности. В плане социально-психологической теории новизна настоящего исследования состоит, во-первых, в том, что в нем впервые предпринята попытка, систематического выявления скрытых предпосылок манипулятивного подхода к исследованию коммуникативного воздействия, обсуждена и предложена их конструктивная концептуальная альтернатива. Устанавливается функция коммуникативного воздействия в структуре общения. Предлагается концепция коммуникативного воздействия как межличностного диалогического общения коммуникатора и реципиента. Во-вторых, вводится система понятий, реализующих интерсубъектный подход к изучению коммуникативного воздействия, таких, как "личностное включение", "смысловая дистанция", "текстовое перевоплощение". Впервые разводятся понятия сообщения и текста, личностного и ролевого авторитета, "смысла для себя" и "смысла для других". Эмпирически выявлен и теоретически осмыслен фактор предметной / знаковой ориентации, как существенная индивидуально-типическая характеристика реципиента. Реинтерпретирован на основе интерсубъектного подхода ряд уже известных феноменов, так или иначе связанных с коммуникативный воздействием, включая классы явлений, относящиеся к социоперцептивному и интерактивному аспекту общения. Введено представление об объединении индивидуальных усилий и его способах. Обосновано разделение форм межличностного восприятия на субъектную и объектную. Изучается психологический механизм воздействия объектной формы межличностного восприятия на поведение воспринимаемого субъекта.

В исследовании использовался ряд экспериментальных методик, лабораторных и полевых, в большинстве своем разработанных специально для данного исследования, либо модифицированных в соответствии с его конкретными задачами. К числу первых принадлежат: I) омонимический тест, рассчитанный на выявление уровня ригидности/гибкости индивидуальных семантических структур; 2) тест адъективных ассоциаций, разработанный для установления уровня предметной/знаковой ориентации индивидуального сознания; 3) тест "рисунок-подпись", разработанный с той же целью; 4) информо - метрический тест, применяемый для измерения уровня открытости/закрытости каналов неформальной межличностной коммуникации; 5) методика для изучения отношения к труду, рассчитанная на выявление деятельностной (конкретной") и потребительской ("абстрактной") ориентации; 6) методика для изучения воздействий, оказываемых на эффективность индивидуальной деятельности пространственной аранжировкой исполнителей; 7) тест для изучения децентрационных тенденций, рассчитанный на выявление уровня субъектности межличностного восприятия в группе; 8) методика формирующего эксперимента, рассчитанного на изменение межличностных ожиданий путем регистрации собственных коммуникативных операций.

К числу методик, представляющих собой модификации существующих экспериментальных методов и методических схем, следует отнести: I) метод групповой дискуссии; 2) шкалу "Оценка правдивости"; 3) опросники для определения уровня оптимизма/пессимизма ожиданий и уровня готовности (установки) к активному участию (совместно с Л.И. Подлесной); 4) комплексную методику для изучения структуры каналов коммуникативного воздействия в коллективе операторов; 5) опрос-интервью, в сочетании со специальным контент - анализом позволяющий установить уровень обобщенности образа человека, имеющегося у испытуемого.

Для математической обработки данных использовались непараметрические статистические тесты.

Основные экспериментальные результаты получены на студентах Московского станкоинструментального института и факультета психологии МТУ, а также на инженерно-технических работниках Воронежского механического завода. Всего в опубликованных работах содержатся данные об II экспериментальных исследованиях различного масштаба, проведенных самим автором, под его руководством и совместно с другими исследователями.

Теоретическое значение работы состоит в построении (на основе принципа деятельности) субъект - субъектной (интерсубъектной) парадигмы, в выделении и анализе особенностей, отграничивающих ее от манипулятивного подхода, в ее внедрении в теорию коммуникативного воздействия, а также в выявлении и проверке ее эвристических и интерпретационных возможностей, в частности на материале обнаружения уровневого строения коммуникативных процессов.

Практическое значение работы состоит в доказательстве высокой стратегической эффективности форм воздействия, построенных по диалогическому принципу, и в разработанных на этой основе практических рекомендациях, адресованных партийным и комсомольским работникам, лекторам-пропагандистам, педагогам, воспитателям, руководителям производства, специалистам по эргономическому обеспечению технико-технологических систем, специалистам по психокоррекционной работе.

Материалы, составившие основу настоящего обзора, проходили апробацию на факультете психологии МГУ им. М.В.Ломоносова. Они используются в лекциях спецкурсов "Общение и деятельность" и "Социальная установка", систематически читаемых автором студентам 4 и 5 курсов факультета психологии МГУ, специализирующимся по кафедре социальной психологии, а также в лекциях по социальной психологии для слушателей ФПК факультета психологии, спецкурсах "Социально-психологические механизмы педагогического воздействия" для слушателей ФПК преподавателей иностранных языков на филологическом факультета МГУ и "Основы психологии общения" для слушателей Всесоюзного ИПК преподавателей психологии и педагогики университетов и институтов страны, в лекциях по психологии коммуникативного воздействия для слушателей школы ученых-организаторов науки при Центральном доме научно-технической пропаганды и для слушателей университетов марксизма-ленинизма. Они легли в основу подготовленного автором курса "Психология общения". Результаты исследований докладывались на заседаниях научно-методического совета по теории и методике лекционной пропаганды при правлении общества "Знание" РСФСР, на семинарах пропагандистов при обкомах, горкомах и райкомах КПСС и ВЛКСМ, а также при Всесоюзном обществе "Знание" и обществе "Знание" РСФСР, более чем на 30 международных, всесоюзных, городских и университетских конференциях, симпозиумах, совещаниях, съездах и коллоквиумах, в том числе на заседании секции социологии организации Советской социологической ассоциации, на 5 и 6 Всесоюзных съездах Общества психологов СССР, на Ломоносовских чтениях и т.д. По проблематике опубликованных исследований под руководством автора студентами факультета психологии МГУ было выполнено более 25 дипломных и около 60 курсовых работ. Методические средства, предлагаемые автором, систематически реализуются в научно-популярных лекциях по линии общества "Знание", читаемых им для широких слоев населения в г. Москве (Центральный лекторий в/о "Знание", клубы, дома культуры, промышленные предприятия и учреждения) и других городах страны, а также в его собственной практической работе в области активной социально-психологической подготовки (группы "открытого общения"), проводимой как на факультете психологии МГУ, так и при других учреждениях (НИИ общей и педагогической психологии АПН СССР, Красногорский механический завод, Таллиннский педагогический институт, специализированная клиническая больница № 8 клиника неврозов им. З.П. Соловьева, главная редакция молодежных программ Центрального телевидения и др.).

По теме диссертации имеется 43 публикации, в том числе 17 из них в виде научных статей и разделов коллективных монографий, 20 - в сборниках материалов и тезисов научных докладов и сообщений, 5 научно-методических работ, в том числе 2 брошюры, и I научно-популярная статья.

В настоящем обзоре материал сгруппирован по четырем разделам, отражающим: I) критический анализ манипулятивной тенденции в исследованиях коммуникативного воздействия; 2) обсуждение путей преодоления манипулятивной тенденции и формулирование основных положений и понятий интерсубъектного подхода; 3) эмпирические обоснования основных положений и понятий интерсубъектного подхода; 4) практические приложения теоретических представлений теории коммуникативного воздействия, основывающейся на интерсубъектном подходе. В заключение приводятся некоторые перспективы дальнейшей разработки предложенного подхода к изучению коммуникативных воздействий, реализуемые в настоящее время в практической работе автора и подготавливаемой им монографии "Психология коммуникативного воздействия" (изд-во МГУ, Темплан 1985 г.).

I. Критический анализ манипулятивного подхода к изучению коммуникативных воздействий, содержащийся в работах (8), (10), (12), (14), (16), (17), (20), (27), (28), (36), (40), производился на материале наиболее типичных западных исследований "убеждающей коммуникации", в частности, проводившихся в США "Йельских исследований установки и коммуникации". В результате критического анализа было выявлено, что манипулятивная тенденция в понимании коммуникативного воздействия, которая представляет собой редукционистское истолкование этого процесса как одностороннего влияния коммуникатора на реципиента, основывается на теоретико-информационной интерпретации коммуникативного акта и складывается, в свою очередь, из ряда частных редукций - имплицитных предпосылок манипулятивного (субъект - объектного) подхода, каждая из которых дает трактовку того или иного блока схемы "убеждающих коммуникаций". Это:

I) Редукция коммуникатора к социальной роли. В западных исследованиях коммуникативного воздействия эта тенденция наглядно документируется отсутствием у исследователя интереса к внутреннему строении коммуникатора как конкретного субъекта социальной и/или психической деятельности и представленностью его в лабораторном эксперименте в виде "ролевого наименования" ("статусного ярлыка").

2) Допущение о пассивном (конформном) реципиенте обнаруживает себя в сведении реципиента, как объекта исследования, к тем особенностям его психической индивидуальности, которые характеризует его исключительно в плане приема и переработки информации, содержащейся в данном сообщении.

3) Редукция сообщения к тексту состоит в игнорировании того факта, что коммуникатор предъявляет реципиенту не только тот продукт, предъявление которого входит в его намерения (текст), но и свое поведение в целом, включая саму текстопорождающую активность. Текст, будучи на деле структурной составляющей сообщения, отождествляется тем самым с сообщением в целом.

4) Редукция реакции реципиента к согласию-несогласию с коммуникатором. Согласно этой предпосылке, реципиент в ситуации коммуникативного воздействия мыслится постоянно ориентированным на коммуникатора и только на него, на его нормативно-ценностные представления, вследствие чего эффект воздействия есть не что иное как результирующее отношение реципиента к нормам и ценностям коммуникатора.

5) Допущение о диффузной аудитории предписывает отношение к аудитории коммуникативного воздействия (в частности, к аудитории массовой коммуникации) как к конгломерату индивидов, упорядоченных по объективным (социально-демографическим) признакам, но не установивших между собой динамических отношений контакта, общения.

Единое философско-методологическое допущение, на котором основывается эта система взаимосвязанных предпосылок, можно определить как "принцип беспредметности" - последовательное игнорирование ориентированности субъекта на предметный мир, которое самым непосредственным образом ведет, в свою очередь, к доктрине "семиотического редукционизма" - сведению человеческой деятельности к ориентации в своем знаково-символическом окружении (именно этот методологический императив был в свое время обнаружен С.Л. Рубинштейном в основе концепции символического интеракционизма Д.Г. Мида и А.Н Леонтьевым - в основе идеи "культурной детерминации" Л.Уайта).

2. Поиск путей преодоления манипулятивной тенденции и формулирование основных положений и понятий интерсубъектного подхода.

Структурно-типологическое исследование. Наш первый шаг в этом направлении, освещаемый в работах (I), (2), (3), (4), (6), (7), (8), (10), (II), (12), (38), состоял в структурно-типологическом изучении основных блоков, образующих механизм коммуникативного воздействия. Каждая из предпосылок, составляющих манипулятивную тенденцию, представляет собой ту или иную форму абстрагирования от сложного внутреннего строения какого-нибудь одного звена коммуникативного процесса и сведения его к более простому частному случаю. Следовательно, любая более или менее продуктивная попытка восстановления сложности, многообразия и внутренней вариабильности этих звеньев может рассматриваться объективно как шаг к опровержению манипулятивной тенденции.

Нами были выделены четыре подхода к решению этой задачи - "от реципиента", "от сообщения", "от коммуникатора", "от аудитории". В основу типологизации реципиентов, имевшей своим концептуальным базисом теорию установки Д.И. Узнадзе, была положена и эмпирически апробирована индивидуально-типическая характеристика "гибкость-ригидность", вступающая в теоретически предсказанную корреляцию с характеристикой, обозначенной у нас как уровень предметной - знаковой ориентации сознания. В основу 7-уровневой шкалы знаков и знаковых конструкций (подход "от сообщения") был положен уровень их предметной отнесенности - способности индуцировать у реципиента предметную ориентацию. Была, далее, предпринята попытка интерпретировать сообщение как деятельность коммуникатора и, описав его глубинную структуру в терминах мотивов, целей, действий и операций, наметить теоретическое разграничение манипулятивной и неманипулятивной стратегий воздействия (подход "от коммуникатора"). Были выделены три типа коллективности в аудитории массовых коммуникаций (подход "от аудитории").

Методологическая необходимость интерсубъектного подхода и его концептуальные источники. Радикальный пересмотр манипулятивных концепций требует, однако, не отдельных "достроек", а глобальной перестройки всей теории коммуникативного воздействия. Уже само по себе структурно-типологическое изучение механизмов коммуникативного воздействия вплотную подводит к необходимости исследования акта коммуникации как системы взаимодействий; функциональный уровень каждого из его звеньев обнаруживает прямую зависимость от всех остальных и не может быть адекватно понят и исчерпывающе изучен, будучи взят в изоляции от системы в целом. Отсюда настоятельная необходимость выявления того структурного стержня, единого организующего принципа, который делает акт коммуникативного воздействия взаимодействием в полном смысле слова, т.е., препятствуя ему стать "манипуляцией" субъекта объектом, превращает его в событие, происходящее между субъектами. Предметом теории коммуникативного воздействия, преодолевающей манипулятивную тенденцию, должно, следовательно, стать прежде всего динамическое отношение между коммуникатором и реципиентом, их контакт, общение между ними, а само коммуникативное воздействие, традиционно понимаемое как воздействие сообщения (а по сути дела - текста), должно быть осмыслено и определено как воздействие общения. Коммуникативное воздействие в его традиционно - манипулятивном понимании, т.е. понятое как воздействие сообщения, оказывается частью, искусственно экстрагированной из целого и условно принимаемой за это целое. Сообщение, по-прежнему оставаясь предметом теории коммуникативного воздействия, получает, согласно этому новому его осмыслению, свое смысловое наполнение и свою внутреннюю психологическую структуру от той целостной формы общения, которой оно порождается и внутри которой функционирует.

Предпосылки внедрения интерсубъектной парадигмы в теорию коммуникативного воздействия создавались трудами целого ряда советских психологов, а также философов и филологов, вклад которых в разработку интересующей нас проблемы 'суммирован в работах (I), (4), (5), (6), (7), (13), (14), (16), (17), (18), (19), (20), (22), (26), (30), (31), (32), (38). Постоянная тенденция в сторону реализации интерсубъектных принципов наблюдалась в советской теории коммуникативного воздействия с самых ранних этапов ее становления. На необходимости критического пересмотра манипулятивных представлений настаивал еще отец библиопсихологии Н.А. Рубакин. Особое значение для разработки основ интерсубъектного подхода имеет наследие М.М. Бахтина, впервые давшего научное обоснование противопоставлению монолога и диалога и тем самым внесшего в теорию коммуникативного воздействия неоценимый вклад, который является в наши дни предметом все более активного психологического освоения и осмысления. Различные стороны "антиманипулятивного" подхода развиваются в трудах А.А. Леонтьева, впервые поставившего задачу изучения процесса вербального воздействия как общения. Интерсубъектные по своей природе идеи мы находим в фундаментальных трудах, принадлежащих таким исследователям различных форм и видов коммуникативного воздействия, как А.А. Брудный, И.А. Зимняя, Ш.А. Надирашвили, Е.А. Ножин, Б.Д. Парыгин, Б.Ф. Поршнев, Ю.А. Шерковин, Т.М. Дридзе, А.П. Назаретян и другие.

Общепсихологический теоретико-методологический контекст, благоприятствующий внедрению в психологию коммуникативного воздействия интерсубъектного подхода, как он понимается в настоящей работе, создавался трудами Л.С. Выготского, который, с одной стороны, впервые поставил проблему отношения между знаком и предметом как собственно психологическую и тем самым создал принципиальную возможность для конструктивного опровержения на почве психологической теории доктрины "семиотического редукционизма", а с другой - указал на интерпсихическую природу психических функций, тем самым подчеркнув неизбежность в психологическом исследовании интерсубъектной парадигмы; трудами С.Л. Рубинштейна и А.Н. Леонтьева, посвященными психологической трактовке и реализации на почве психологической теории выдвинутого классиками марксизма-ленинизма принципа деятельности; трудили В.Н.Мясищева, которому принадлежит необходимое для адекватного понимания природы человеческого общения разграничение понятий отношения и обращения. Трудно переоценить значение, которое имеют для данного подхода представления и категории теории Д.Н. Узнадзе, позволяющие, в частности, описывать и интерпретировать отношение между коммуникатором и реципиентом как взаимодействие целостных установок. Из более поздних теоретико-методологических разработок в области общей и социальной психологии наиболее важные для формирования принципов интерсубъектного подхода принадлежат Б.Ф. Ломову, акцентировавшему внимание на субъектно-субъектном факторе человеческой деятельности, как на особом ее измерении, и предложившему ее систематический теоретический анализ и экспериментальную верификацию, и А.В.Петровскому, сформулировавшему основы теории деятельностного опосредования межличностных отношений, представляющей собой по существу одно из первых социально-психологических воплощений принципа деятельности.

В течение последних лет интенсивно исследуются механизмы и условия Бездейственности различных интерактивных моделей и процессов (Л.И. Уманский, Б.Ф. Ломов, Н.В. Крогиус, Н.Н. Обозов, Р.С. Немов, В.Н. Носуленко и другие). В изучении системной связи между процессами коммуникативного воздействия и межличностного восприятия, оказавшейся центральным звеном при конкретном выявлении латентной психологической механики субъектно-субъектных взаимодействий, мы опирались на теоретические положения, выдвинутые А.А. Бодалевым, и полученные им экспериментальные результаты, а также на предложенную Г.М. Андреевой теоретическую схему исследования социальной перцепции.

Остается добавить, что постоянной и едва ли не самой продуктивной предпосылкой проделанной автором работы было творческое содружество с коллегами, многие из которых (Г.М. Андреева, А.Г. Асмолов, Б.С. Братусь, К.Е. Данилин, А.И. Донцов, В.В. Зейгарник, В.А. Петровский, Е.В. Субботский, Л.С. Цветкова и другие) стали его соавторами.

Основания интерсубъектного подхода. Чтобы правильно сформулировать задачу внедрения интерсубъектной парадигмы в теорию коммуникативного воздействия, следует, на наш взгляд, осмыслить два фундаментальных обстоятельства:

1) Само по себе принятие формулы S-S еще не гарантирует "субъектности" каждому из подразумеваемых в ней участников взаимодействия. Нужно еще так истолковать эту формулу, чтобы предохранить оба ее члена от объектной редукции.

2) Теоретическая модель общения, построенная на основании этого толкования, должна органически включать в себя в качестве своей неотъемлемой структурной составляющей коммуникативное воздействие, как таковое, устанавливая его системные связи с другими сторонами общения.

Вазовая задача внедрения интерсубъектной парадигмы в теорию коммуникативного воздействия распадается, таким образом, на две. Решению первой из них посвящены работы (13), (18), (19), (20), (23), (26), (29), (39). Принцип деятельности, каким мы находим его в трудах К. Маркса и Ф. Энгельса, дает возможность расшифровать субъектно-субъектное отношение как опосредованное предметом - с помощью формулы S-0-S. Тем самым деятельность в узком смысле, т.е. понимаемая как отношение "субъект-объект", оказывается необходимой частью субъектно-субъектного отношения, в то время как последнее осмысляется уже как слияние, пересечение, объединение индивидуальных деятельностей, конституируемое общностью предмета. "Межиндивидуальное" отношение заявляет о себе как отношение "междеятельностное". Адекватное понимание субъектно-субъектной парадигмы оказывается невозможным помимо привлечения представления о субъекте в его отношении к объекту, так как, лишь противополагаясь объекту, субъект утверждает себя как субъект. Основу общения, его базовое содержание образует, таким образом, тенденция предметной фокусировки, суть которой состоит в пересечении деятельностей, или, пользуясь представлением А.Н Леонтьева, иерархий действительных мотивов, присущих общающимся субъектам. На самом деле предмет не столько "опосредует" взаимодействие в качестве условия, сколько является его первопричиной, исходной предпосылкой, смыслообразущим импульсом, сосредотачивая на себе усилия партнеров и объединяя их в единое целое. Уровень предметной фокусировки есть глобальная характеристика общения. В плане теории личности данный подход означает смещение акцента с личности как "психической индивидуальности" или "социальной всеобщности" в сторону ее трактовки как социальной индивидуальности, обретающей себя в деятельном контакте с другими людьми.

Решению второй задачи посвящены работы (20), (30), (31). Коммуникативное воздействие рассматривается в них как один из моментов общественной детерминации индивидуальной деятельности, механизм которой представлен у нас в виде последовательности блоков:

1)Деятельность, куда входят общественно кодифицированные значения - образцы (эталоны), т.е. апробированные и закрепленные в общественной практике алгоритмы успешного действования (инструментально-операционный компонент) и их социально-оценочные регулятивы (нормативно-ценностный компонент), с одной стороны, и действительный мотив (предмет, "предметное поле") деятельности (предметно-смысловой компонент), с другой.

2) Объединение индивидуальных усилий участников взаимодействия - их взаимное размещение и установление между ними соответствующих системных (ролевых, технологических, пространственных, временных и т.д.) связей (30).

3) Межличностное восприятие (познание) участников взаимодействия, диктуемое конкретным способом их размещения и объединения.

4) Коммуникативное воздействие, возникающее на базе развития у участников взаимодействия взаимных "коммуникативных установок" (3), (II), определяемых способом объединения индивидуальных усилий и формой межличностного восприятия.

5) Личность, или "внутреннее условие деятельности" (А.Н. Леонтьев, 1975), представляющее собой непосредственный продукт коммуникативного воздействия.

6) Индивидуальная деятельность участника взаимодействия - сложное образование, вобравшее в себя влияние всех остальных участников данной системы взаимодействия (30), (3D.

Звенья (2), (3), (4), обнаруживая очевидный параллелизм с процессами, обозначаемыми как интеракция, перцепция и коммуникация (Г.М. Андреева), образуют целостную структуру общения, в которой коммуникативное воздействие оказывается кульминационным моментом, непосредственно предшествующим образованию и преобразованию личности. В свете предлагаемого подхода в акте коммуникативного воздействия усматриваются два плана, связанные между собой как явление и сущность, ферма и содержание. Коммуникативное воздействие наблюдается как воздействие сообщения; задача научного изучения коммуникативного воздействия заключается в том, чтобы открыть в нем воздействие общения, т.е. обнаружить ту структуру общения, которая на деле выступает в качестве воздействующего фактора.

Представление о диалогической и монологической формах коммуникативного воздействия вводится и развивается в работах (14), (16), (17), (19), (20), (22), (29), (36), (40). Под этим противопоставлением мы имеем в виду уровень соответствия (монологической) формы коммуникативного акта его (диалогическому) содержанию. Когда это соответствие высоко, можно говорить о диалогической форме коммуникаций; когда оно низко, речь должна идти о монологической форме. Монологическая форма целесообразна с точки зрения трансляции готовых социально кодифицированных содержаний (значений); диалогическая форма необходима с точки зрения трансляции предметно-смысловых содержаний деятельности - ее действительных мотивов. Противопоставление "монолог-диалог" проходит через все блоки механизма общественной детерминации индивидуальной деятельности.

Представление об интерактивных и социоперцептивных предпосылках коммуникативного воздействия вводится и разрабатывается на разных уровнях в работах (9), (21), (24), (25), (26), (30), (32), (33), (35). Было показано закономерное разграничение способов объединения индивидуальных усилий, помещаемых нами под общую рубрику "совместного пребывания" и согласующихся с задачей монологической коммуникации, с одной стороны, и тех из них, которые можно определить как "предметно - фокусирующие" и согласующиеся с задачей диалогической коммуникации. В сфере межличностного восприятия были выделены, соответственно, объектная и субъектная формы, из коих первая направлена на поведение воспринимаемого субъекта и, подобно восприятию в общепсихологическом смысле, состоит по существу в сличении образцов (стандартов) деятельности, реализуемых в поведении воспринимаемого субъекта, с образцами, которыми располагает субъект восприятия, а вторая направлена на деятельность воспринимаемого субъекта и состоит в усмотрении предмета этой деятельности (перцептивный момент предметной фокусировки) (26).

Изучение собственного воздействующего потенциала интерактивных и социоперцептивных предпосылок коммуникативного воздействия в работах (25), (30), (32), (35) выявило высокий фрустрирующий эффект условий совместного пребывания и, соответственно, объектной формы межличностного восприятия, для объяснения которой были введены следующие понятия: а) "смысл для себя" и "смысл для других" - два мотивационно-смысловых плана, побуждающие и направляющие индивидуальную деятельность; б) "знаковое (или "текстовое") перевоплощение" - актуализация "смысла для других" ценой утраты "смысла для себя"; в) "атрибуция ожидания понятного текста" - приписывание субъекту восприятия преднастройки на понятность (внешнего) поведения - диспозиция, приводящая в действие механизм текстового перевоплощения; г) "ожидание стандартного поведения", проецируемое воспринимающим субъектом на воспринимаемого.

В целом проблема эффективности коммуникативного воздействия наиболее подробно изучалась в работах (2), (3), (5), (7), (11), (14), (15), (17), (18), (19), (20). Основываясь на представлении о стратегическом и тактическом эффекте коммуникативного воздействия, мы сформулировали две гипотезы, подвергавшиеся эмпирической проверке:

1) Монологические формы коммуникативного воздействия характеризуются низкой стратегической эффективностью; их тактический эффект может быть высоким.

2) Диалогические формы коммуникативного воздействия характеризуются высокой стратегической эффективностью; юс тактический эффект может быть низким.

Анализу и трактовке психологических механизмов коммуникативного воздействия в свете интерсубъектного подхода посвящены работы (14), (16) (17), (19), (20), (22), (36), (40). Вазовый механизм коммуникативного воздействия охарактеризован как личностное включение - включение коммуникатора в сферу жизнедеятельности и сознание реципиента, сопровождаемое последующим включением в эту сферу некоторых содержаний, личностно осмысленных коммуникатором. Успешность внесения тех или иных содержаний обусловлена успешностью личностного включения, формы коммуникативного воздействия суть при этом типы личностного включения - целостные синдромы, характеризующие личность и поведение коммуникатора в сугубо психологическом плане. Авторитарное воздействие состоит в таком включении коммуникатора в сферу жизнедеятельности реципиента, при котором из нее выключаются (вытесняются) ее собственные содержания. Диалогическое воздействие состоит в таком утверждении позиции коммуникатора в жизнедеятельности и сознании реципиента, при котором собственная позиция реципиента полностью сохраняет свою силу и содержание. Итогом диалогического включения является внесение в сознание реципиента принципиально дискутабельных содержаний, конституирующее устойчивость смысловой сферы личности. В случае, если личностное включение не состоялось, можно говорить о конформном воздействии. Важным фактором личностного включения является авторитет - монологический, авторитет роли, являющийся фактором авторитарного воздействия, и диалогический авторитет личности, являющийся фактором диалогического воздействия.

Сообщение представляет собой воплощение отношений, существующего между реципиентом и коммуникатором. Сообщение есть то, с чем коммуникатор объективно обращается к реципиенту. От сообщения следует отличать текст, который представляет собой известную часть сообщения - знаковая конструкция, на которую сам коммуникатор субъективно возлагает функцию воздействия. Сообщение всегда открыто, текст может быть открытым (персонифицированным) и закрытым (деперсонифицированным). Конституирующей особенностью сообщения является смысловая дистанция - "расстояние" между действительным мотивом коммуникатора и содержанием продуцируемого им текста.

3. Эмпирическое обоснование. Основными средствами эмпирического обоснования предлагаемых понятий и теоретических представлений, т.е. доказательства их принципиальной необходимости для объяснения и предсказания эмпирически достоверных феноменов, служили данные собственных экспериментальных исследований, данные экспериментальных исследований, содержащихся в литературных источниках, а также результаты реинтерпретации такого рода данных в свете интерсубъектного подхода. Не имея возможности останавливаться на всех обоснованиях, приведем лишь основные данные первого типа, полученные с помощью ключевых методик.

С помощью "омонимического теста" были установлены следующие закономерности:

1) Парадигматический (отношение к предмету) и синтаксический (отношение между словами) аспекты значения образуют два взаимосвязанных измерения (I).

2) Ригидность-гибкость коррелирует с уровнем знаковой - предметной ориентации индивида (12), (34).

3) "Гибкие" испытуемые имеют тенденцию реагировать несообщение, как таковое, "ригидные" - на "метасообщение", т.е. на то, что им известно о сообщении (8), (II).

4) В присутствии другого значимым образом возрастает чувствительность индивида к уровню лексико-грамматической маркированности продуцируемых им предложений (феномен текстового перевоплощения на материале вербального коммуникативного поведения) (32).

С помощью методики решения стрессовых задач в условиях различной пространственной аранжировки испытуемых было установлено, что фрустрирующий эффект, оказываемый на дальнейшее исполнение постигшей испытуемого неудачей, тем выше, чем меньшие возможности обозрения партнеров и тем самым предметной фокусировки предоставляет ему экспериментальная ситуация (30), (32).

В, работах (10), (14), (42) освещаются результаты исследования, проводившегося в соавторстве с Д.И. Подлесной. Проверялась сравнительная эффективность лекции и дискуссии, с одной стороны, и лекций, читавшихся лекторами, обладавшими в глазах аудитории (а) ролевым и (б) личностным авторитетом. Были сделаны следующие выводы:

I) дискуссия (диалогическая форма воздействия) обладает значительно более высокой Бездейственностью, чем лекция (монологическая ферма воздействия), в плане формирования установки относительно объекта;

2) в условиях диалогического воздействия происходит когнитивное преобразование предмета, выражающееся в возрастании информированности, что говорит о протекании в этих условиях процесса предметной фокусировки;

3) фактор личностного авторитета воздействует на аудиторию лекции так же, как способ объединения индивидуальных усилий действует на участников дискуссии, следовательно, фактор личностного авторитета, обеспечивая (личностное) диалогическое включение, переводит монологическое по форме воздействие в режим диалога.

4. К внедрению интерсубъектной парадигмы в практику коммуникативного воздействия. Сформулированные выше теоретические предпосылки позволяют сформулировать ряд практических рекомендаций в различных сферах социально-психологической практики. Не останавливаясь на деталях, мы можем свести эти рекомендации к нескольким блокам.

В сфере устной пропаганды наши теоретические предпосылки дали возможность.: а) наметить два последовательных этапа в подготовке лектора-пропагандиста ("программу-минимум" и "программу-максимум"), состоящие соответственно в овладении навыками монологического и диалогического коммуникативного воздействия; б) указать направление развития личностных свойств пропагандиста, необходимых для освоения диалогических умений, требующихся как для ведения дискуссии, так и для диалогической организации лекционного материала (воспитание диалогической установки); в) рекомендовать конкретные приемы диалогической подачи материала в лекции (5), (10), (14), (16), (17), (27), (28), (36), (34), (40).

В условиях трудового коллектива они позволили: а) выделить директивную, инструктивную и операционную подструктуру в системе производственных контактов; б) построить типологию каналов межличностной коммуникации и форм (способов) объединения индивидуальных усилий; в) разработать комплексную методику для изучения коллектива операторов как системы коммуникативных воздействий и предложить ряд рекомендаций по его комплектованию (21), (33).

В сфере взаимодействия "руководитель-подчиненный": а) были обоснованы преимущества триадической структуры коллективного субъекта управления над диадической (9); б) была предложена система определений стиля руководства, предназначенная для прикладного исследования деятельности руководителя (24); в) была разработана типология индивидуально-типических свойств личности руководителя и предложена (на ее основе) система рекомендаций по совершенствованию коммуникативных умений руководителя и его работы над собой (34).

В сфере семейного воспитания: а) были указаны последствия стереотипизации в воспитании ребенка и сформулированы рекомендации по ее преодолению (35); б) было указано на необходимость взаимного воспитания в системе "родитель-ребенок" и сформулированы основания для такого взаимодействия (39).

В сфере активной социально-психологической подготовки был проделан анализ психологических условий готовности к роли ведущего в группе социально-психологического тренинга и сформулированы соответствующие рекомендации (41).

Заключение. Пути и задачи дальнейшей разработки интерсубъектного подхода к исследованию коммуникативного воздействия. В ходе наших исследований выявился ряд перспективных линий в разработке интерсубъектной психологической теории коммуникативного воздействия, из которых наиболее актуальными мы полагаем следующие:

1) В плане дальнейшего изучения исторических истоков интерсубъектного подхода и критического анализа манипулятивной тенденции: систематическое выявление концептуальных основ теории коммуникативного воздействия в трудах Н.М. Бахтина, Н.А. Рубакина, АД. Ухтомского; исследование "семиотического редукционизма", как течения в философии и общей и социальной психологии, а также как тенденции обыденного сознания.

2) В плане дальнейшего изучения механизмов коммуникативного воздействия: экспериментальное и теоретическое изучение психологических механизмов понимания, как условия стратегической Бездейственности сообщения.

3) В плане прикладных исследований: изучение отношения лектора к аудитории как детерминанты эффекта лекции; изучение отношения между пропагандистом и слушателем как социально-психологического условия эффективного идеологического воздействия; социально-психологические условия формирования продуктивного отношения между слушателем и пропагандистом в процессе воспитательной деятельности.

Основное содержание диссертации изложено в следующих публикациях:

1. Ригидность в сфере речевых действий и психологическая структура значения. - Актуальные проблемы психологии речи и психологии обучения языку. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970, с.83-91.

2. Психологические функции речевой коммуникации и их место в психолингвистическом изучении языка. - Материалы третьего Всесоюзного симпозиума по психолингвистике и теории коммуникации.- М., 1970, с.41-44.

3. Основные типы коммуникативных установок и эффект убеждающей коммуникации. - Ш Международный коллоквиум по социальной психологии. Тезисы докладов. - Тбилиси, 1970, с.286-288.

4. Цель и объект речевой активности. - В сб.: Планы и модели будущего в речи (Материалы к обсуждению). - Тбилиси, 1970, с.41-46.

5. Лекционная аудитория: социально-психологический аспект. - М.: Знание, 1972.- 40 с.

6. Знаковые средства ориентировки и их воздействие на предметную деятельность. - Материалы 1У Всесоюзного симпозиума по психолингвистике и теории коммуникаций. - М., 1972, с.169-178.

7. Уровневая организация сообщения, его понятность и убедительность. - В сб.: Материалы научного семинара "Семиотика средств массовой коммуникации". Часть I. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1973, с.120-127.

8. Основания социально-психологического подхода к разработке теории массовых коммуникаций. - В сб.: Психолингвистические проблемы массовой коммуникации. М.: Наука, 1974, с.20-27.

9. В соавторстве: Диада или триада? (К вопросу об оптимальном численном составе коллективного субъекта управления). - Социально-психологические проблемы руководства и управления коллективами. (Научные сообщения к симпозиуму). - М., 1974, с.14-15.

10. Коллективность аудитории и активность реципиента (К проблеме теоретического и экспериментально-полевого изучения массовой аудитории). - В сб.: Место и функции массовой коммуникации (радио, телевидение, кино, пресса) в процессе педагогического воздействия. - М., 1975, с.18-27.

11. Основные типы "коммуникативных установок" и эффект убеждающей коммуникации. - В сб.: Проблемы социальной психологии. Тбилиси, 1976, с.142-154.

12. Гибкость и ригидность реципиента в смысловом восприятии. - В кн.: Смысловое восприятие речевого сообщения. - М.: Наука, 1976, с.192-198.

13. К определению задач и методов социальной психологии в свете принципа деятельности. - В кн.: Теоретические и методологические проблемы социальной психологии. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1977, с.21-32.

14. Межличностный контакт как исходное понятие психологии устной пропаганды. - Вопросы психологии , 1977, № 4, с.52-64.

 15. Общение и формирование значений. - В сб.: Социально-психологические проблемы в условиях социалистического общества. Тезисы докладов 5 Всесоюзного съезда Общества психологов СССР. - М., 1977, с.144.

16. Лекция как межличностный контакт, - Психолого-педагогические и логические проблемы лекционной пропаганды. Вып. I. - М.: Знание, 1977, с.114-118.

17. Смысловая структура публичного выступления (об объекте смыслового восприятия). - Вопросы психологии , 1978, № 4, с.84-95.

18. Формы общения и формирования личности. - В сб.: Психология возрастных коллективов. Тезисы докладов к всесоюзному симпозиуму. - М., 1978, с.185-186.

19. В соавторстве: 0 некоторых перспективах исследования смысловых образований личности. - Вопросы психологии , 1979, № 4, с.35-46.

20. Личность, сознание и общение: к обоснованию интерсубъективного подхода в исследовании коммуникативных воздействий. - В сб.: Психолого-педагогические проблемы общения. - М., 1979, с.17-35.

21. Требования к методам комплектования коллектива операторов. - В кн.: Руководство по эргономическому обеспечению разработки техники. Часть I. Общие эргономические требования. - М., 1979, с.90-106.

22. В соавторстве: 0 смысловых образованиях личности. - В сб.: Взаимодействие коллектива и личности в коммунистическом воспитании. Материалы Всесоюзной конференции. - Таллин, 1979, C.III-II7.

23. Теория деятельности и теория установки: согласие или диалог? Развитие эргономики в системе дизайна. Тезисы конференции. - Боржоми, 1979, с.338-342.

24. К социально-психологической дифференциации стилей руководства. - Тезисы научной конференции. - М., 1979, с.102-105.

25. Восприятие человека человеком как воздействие на другого. - Теоретические и прикладные проблемы психологии познания людьми друг друга. Тезисы докладов П Всесоюзной конференции. - М., 1979, с.34-35.

26. Принцип деятельности в исследованиях межличностного восприятия. - Вопросы психологии , 1980, № 3, с.20-31.

27. Наука обсуждать. Статья I. - Молодой коммунист , 1980, № 9, с.44-49.

28. Наука обсуждать. Статья 2. - Молодой коммунист , 1980, № 10, с.46-50.

29. Повседневное общение как "монологическое превращение" диалога. - Личность в системе коллективных отношений. Тезисы докладов Всесоюзной конференции. - М., 1980, с.251-252.

30. О механизме общественной детерминации индивидуальной деятельности. - В сб.: Общение и деятельность. - Прага, 1981.

31. В соавторстве: Принципы исследования межличностного восприятия в условиях совместной групповой деятельности. - В кн.: Межличностное восприятие в группе. - М.; Изд-во Моск. ун-та, 1981, с.68-85.

32. Восприятие человека как воздействие на его поведение. - В сб.: Психология межличностного познания. - М.: Педагогика, 1981, с.25-42.

33. Комплектование и структура коллектива операторов. - В кн.: Эргономика: принципы и рекомендации. Методическое руководство. - М.: Изд-во ВНИИТЭ, 1981, с.238-244.

34. Руководитель, его личность и деятельность. - М.: Знание, 1981. - 64 с.

35. Ребенок в доме: знакомый незнакомец (Заметки социального психолога о семейном воспитании). - В сб.: Подрастающее поколение. Демографический аспект. - М.: Статистика, 1981, с.76-87.

36. Лектор и слушатель: монолог или диалог? - В сб.: Вопросы лекционной пропаганды. Вып. 6.- М.: Знание, 1981, с. 162-172.

37. Методические вопросы повышения идейно-политического - и научного уровня лекционной пропаганды. - Вопросы психологии , 1981, №2, с.180-181.

38. Об опосредствующей функции знака. - Научное творчество Л.С. Выготского и современная психология. Тезисы докладов Всесоюзной конференции. - М., 1981, с.161-163.

39. В соавторстве: Ребенок в семье: воспитуемый или воспитатель? - Семья и личность (психолого-педагогические, социологические и медико-психологические проблемы). Тезисы докладов Всесоюзной конференции. - М., 1981, с.217-218.

40. Лектор и слушатель: диалог или монолог? - В сб.: Вопросы лекционной пропаганды. Вып. 7. - М., 1982, с.60-61.

41. Компоненты готовности к роли ведущего в группе социально-психологического тренинга. - В сб.: Личность в системе общественных отношений. Социально-психологические проблемы в условиях развитого социалистического общества. Часть 4. Тезисы научных сообщений советских психологов к 6 Всесоюзному съезду Общества психологов СССР. - М., 1983, с.716-717.

42. В соавторстве: Zum Problem der sozialpsychologischen Sicherstellung automatisierter System zur Leitung der Production. In: Social psychology in der sozialiatiachen Praxes. - Berlin, 1979, 3. 74-34.

43. The Structure of Meaning in Public Communication.-In^ Soviet Psychology, v. 17, № 3, p. 375-386. New-York, 1979.



Сайт для практических психологов Practic.ChildPsy.ru Подписка на журналы по психологии на PsyJournals.ru

Сайт для практических психологов

Практический психолог – www.practic.childpsy.ru

Сайт предназначен для практических психологов, работающих в системе образования Москвы и посвящен основным направлениям деятельности практического психолога.

Портал психологических изданий - PsyJournals.ru

Открыта подписка на электронные версии журналов по психологии:

Полный каталог журналов и сборников конференций по психологии (26)

кредитный брокер

От подбора программы банка до получения кредита

clc-credit.ru


Распределительный щит

Распределительный щит. Сжатые сроки. Оптимальные цены. Доставка до объекта

kristallooo.ru


Библиотека Диссертации Мероприятия Образование Новости
 
RSS-лентыEmail-подписка
 

© 2005–2013 Детская психология — www.Childspy.ru, Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-38247
© 1997–2013 Московский Городской Психолого-Педагогический Университет
© 1997–2013 Факультет Психология образования
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции

  Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
Инновационный проект МГППУ - iop.mgppu.ru