Детская психология
 

Межличностный мир ребенка : взгляд с точки зрения психоанализа и психо¬логии развития



Автор: Стерн Д.Н.
СПб.: Во¬сточно-Европейский Институт Психоанализа, 2006. — 376 с.
Книга выдающегося клинициста и исследователя Дэниэла Н. Стерна ис­следует внутренний мир младенца. Как младенец воспринимает себя и других? Существует ли для него с са­мого начала он сам и другой, или есть некая неделимая общность? Как он соединяет отдельные звуки, движения, прикосновения, визуальные образы и чувства в единое представление о человеке? Или это единое воспринимается сразу? Как младенец переживает социальное событие — «быть вместе» с кем-то? Как это «быть вместе» запоминается, или забывается, или представляется ментально? Каким становится переживание связи с кем-то по мере развития? Вообще говоря, какой межличностный мир — или миры — создает младенец?   На эти и другие вопросы, касающиеся субъективной жизни младенца, пытается найти ответы автор, сочетающий подходы клинициста и исследова­теля и методики психоанализа и психологии развития. Для психологов, психотерапевтов, психоаналитиков.

Оглавление

ЧАСТЬ I

ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ И ИХ ПОДОПЛЕКА

Глава 1

Исследование субъективного опыта младенца:

центральная роль ощущения самости

Глава 2

Младенчество: точка зрения и подходы

 

ЧАСТЬ II

ЧЕТЫРЕ ОЩУЩЕНИЯ САМОСТИ

Глава 3

Ощущение появляющейся самости                                                

Глава 4

Ощущение ядерной самости: I. Самость/другой                         

Глава 5

Ощущение ядерной самости: II. Самость и другой                   

Глава 6

Ощущение субъективной самости: I. Общий обзор                   
Глава 7

Ощущение субъективной самости: II. Настройка аффектов

Глава 8

Ощущение вербальной самости

 

ЧАСТЬ III

НЕКОТОРЫЕ КЛИНИЧЕСКИЕ СЛЕДСТВИЯ

Глава 9

«Наблюдаемыймладенец» с точки зрения клинициста

Глава 10

Некоторые обобщения, определяющие терапевтические реконструкции

Глава 11

Общие принципы терапевтического процесса реконструкции прошлого развития

 

ЭПИЛОГ

ПРИЛОЖЕНИЕ.   Введение к изданию в мягкой обложке

БИБЛИОГРАФИЯ

БИБЛИОГРАФИЯ  к введению к изданию в мягкой обложке

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ

 

Предисловие

ПРЕДИСЛОВИЕ ИЗДАТЕЛЯ

 

КНИГА ДЭНИЭЛА СТЕРНА «Межличностный мир ребенка», изданная за последние пятнадцать лет на десяти языках, вызвала широкий резонанс далеко за пределами психоанализа, поэтому мы считали необхо­димым представить ее и российскому читателю. На это было две достаточ­но прагматические причины: во-первых, интенсивное развитие детского психоанализа в России и растущий спрос на этот вид помощи, а во-вто­рых — за последние два десятилетия не появилось ни одной работы, кото­рую можно было поставить в одном ряду с этим уникальным теоретичес­ким и практическим исследованием.

 

Ключевым предметом исследований Стерна явилось понятие самости, вызвавшем множество продуктивных дискуссий, которые продолжаются и по сей день. Одни авторы полностью идентифицируют самость с фрейдов­ской концепцией «Я». Другие категорически с этим не соглашаются, под­черкивая, что Я — это сознательная часть личности, Оно — вместилище бессознательного, а самость характеризует единство сознательного и бес­сознательного или же, в других случаях — является точкой пересечения или уравновешивания сознательного и бессознательного, и в этом смысле она гораздо ближе к процессу индивидуаици, который, в отличие от инди-виудализации (обычного развития, направленного на постепенное усвоение языка, знаний, морали, культурных ритуалов и ценностей) в значительной степени допределяет предназначение человека в обществе, и формирует то, что (в отличие от связываемой с Я — личностью), характеризуется каче­ственно иным понятием — персона. Я (или личность) в этом подходе при­обретает весьма ограниченные характеристики (как некий более низкий Уровень функционирования психики, преимущественно — на сознатель­ном уровне), а персона включает в себя все варианты взаимодействия с Другими людьми и выполнение различных социальных ролен, как позитив­ных, так и негативных. Если Я является центром только для сознания, то самость — включает в себя и сознательное, и бессознательное, а с учетом концепции архетипов аналитической психологии — как пережитое, так и еще не пережитое или даже неузнанное. Иногда персона прибегает к маске, преимущественно — чтобы скрыть от окружающих свое подлинное лицо, то есть — свою самость. Психотерапия в этом случае рассматривается как то, что целенаправленно способствует индивидуации, и освобождению персоны от «ложных покровов».

 

Полемизируя с Фрейдом и его стадиями развития, Стерн отмечает, что они сменяют друг друга последовательно, а — скорее — замещаются (исчезающие приходящими), так как, по Фрейду, любые стадии предше­ствующей организации могут проявиться только в результате регресса. Предложенная Стерном модель слоев предполагает прогрессивное накоп­ление («наслоение») развития, с сохранением всех предшествующих обра­зований. Но это только начало. В книге очень много оригинальных и столь же спорных гипотез, а также уникальных клинических наблюдений.

 

Проф. М. М. Решетников

26.01.2006

Санкт-Петербург

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

 

К НАПИСАНИЮ этой книги меня привело множество пересекающих­ся тропинок. Когда я был стажером в области психиатрии и проходил пси­хоаналитический тренинг, нас всегда просили обобщать каждый случай с психодинамическими формулировками, то есть давать объяснительный ис­торический отчет о том, как пациент стал тем человеком, который пришел в наш кабинет. Это сообщение начиналось с наиболее ранней стадии жизни пациента, включая довербальные и доэдипальные переживания младенче­ства. Эта задача, особенно попытка ввести период младенчества в последо­вательное описание жизни пациента, всегда вызывала у меня затруднения. Мне было сложно, поскольку я сталкивался с противоречием. С одной стороны, я был убежден, что прошлое неким последовательным образом влияет на настоящее. Это фундаментальное утверждение, общее для всех видов динамической психологии, было одним из факторов, делающих для меня психиатрию самой захватывающей и сложной из всех областей меди­цины. Психиатрия была единственной клинической дисциплиной, для ко­торой имело значение развитие. Но с другой стороны, мои пациенты так мало знали о самой ранней истории своей жизни, а я знал еще меньше о том, как их расспрашивать. Так что мне приходилось выбирать что-то из тех немногих фактов об их младенчестве, которые лучше всего соответ­ствовали существующим теориям, и из этой выборки составлять связную историю. Описания всех случаев стали звучать очень похоже. Но люди-то были разные. Это упражнение было похоже на игру с ограниченным чис­лом ходов — или, хуже того, с привкусом интеллектуальной нечестно­сти — при попытке воссоздать то, что ощущалось как подлинное. Самые первые месяцы и годы жизни занимали важное место в теориях, но при взаимодействии с реальным человеком их роль становилась спекулятивной и туманной. Это противоречие все время смущало и интересовало меня, ^дна из основных задач данной книги заключалась в том, чтобы обратить­ся к этому противоречию.

 

На другую тропинку, также приведшую меня к написанию этой работы, я ступил тогда, когда открыл для себя современные исследования по психологии развития. Они обещали предоставить новые подходы и инструменты для того, чтобы больше узнать об этом раннем периоде. И я использовал эти инструменты на протяжении следующих пятнадцати лет наряду с кли­ническим подходом. Эта книга является попыткой диалога между тем мла­денцем, которого открывает экспериментальный подход, и тем, которого создают клинические реконструкции. Предназначение подобного диало­га — разрешить противоречия между теорией и реальностью.

 

Я шел к этой книге и по третьему пути, руководствуясь тем аргументом, что настоящее лучше всего понимать на основе знания о прошлом. Помню, когда мне было около семи лет, я видел, как взрослый пытается общаться с младенцем; младенцу было около года или двух. Мне в тот момент было совершенно ясно, чего хотел младенец, но взрослый, похоже, этого совсем не понимал. Я понял, что нахожусь в особом возрасте. Я знал «язык» и мла­денца, и взрослого. Я был «двуязычным», и мне было интересно, утрачу ли я эту способность, когда повзрослею.

 

У этого раннего эпизода есть собственная история. Когда я был младен­цем, я много времени провел в больнице, и чтобы понимать, что происхо­дит, я стал наблюдателем, читающим невербальную информацию. Я никог­да не переставал этим интересоваться. Так что когда я был стажером и от­крыл для себя этологов, я пришел в восторг. Они предложили научный подход к естественному невербальному языку младенцев. И я был пора­жен тем, что этот подход служил дополнением к анализу вербального са­моотчета, который описывают динамические психологии. Необходимо стать «двуязычным», чтобы разрешить все противоречия.

 

Кто-то может сказать, что исследованиям или теориям, которые опреде­ляются исключительно личными факторами, доверять нельзя. Другие же ответят, что никто в здравом уме не станет заниматься таким сложным де­лом, как исследования, не имея соответствующей личной предыстории. Специалисты по развитию наверняка присоединятся к последним.

 

Самый недавний путь к этой книге отмечен влиянием моих друзей и кол­лег, которым я многим обязан. Они читали всю рукопись или отдельные ее части на разных стадиях написания и вносили свои предложения или крити­ку, что вдохновляло меня и помогало писать. В частности, я благодарен своим коллегам: Сюзан В. Бейкер, Линн Хофер, Майрону Хоферу, Ар­нольду Куперу, Джону Дору, Кристине МакКейн, Джо Глику и Роберту Митчелсу.

 

В формировании конкретных аспектов данной книги были полезны три различные группы. В определенный период времени мне представилась счастливая возможность участвовать в регулярных встречах с Маргарет Малер и ее коллегами Анной-Марией Вейл, Джоном МакДевиттом и Ан-ни Бергман. Хотя они, возможно, не согласятся со многими из моих за­ключений, те дискуссии, которые приводили нас к разным выводам, всегда обогащали мое теоретическое понимание. Во вторую группу, которую со­здала Катрин Нельсон для изучения разговора перед сном одного младен­ца, входили Джероми Брунер, Джон Дор, Кэрол Фелдман и Рита Вейт-сон. Эти дискуссии были очень полезны для понимания взаимодействия между довербальным и вербальным опытом младенца. Третья группа была собрана Робертом Эмде и Арнольдом Самероффом в Центре Исследова­ний Бихевиоральных Наук для исследования психопатологии развития. Дискуссии с Аланом Скроуфом, Арнольдом Самероффом, Робертом Эм­де, Томом Андерсоном, Холи Пармели и Хербом Лейдерманом помогали понять вопросы интернализации проблем отношений.

 

Также я хотел бы признать незаменимый вклад многих людей, работав­ших в нашей Лаборатории Процессов Развития в этот период. Это: Ми­шель Аллен, Сюзан Баер, Сесилия Бетге, Роанн Барнетт, Сюзан Эванс, Виктор Форнари, Эмили Фрош, Венди Хафт, Линн Хофер, Полин Хоп­пер, Энн Голдфилд, Кэрол Камински, Терел Каплан, Кристин МакКейн, Сюзан Леман, Бабетт Молер, Пат Нахманн, Кармита Паррас, Кэти Ра-дунс, Анни Рич, Митчел Ричарде, Катрин Шир, Сюзан Спикер, Пауль Трэд, Луиза Вейр и Иветт Ятчминк.

 

Я также хотел бы поблагодарить тех, кто не работал в нашей лаборато­рии, но находил возможность со мной сотрудничать — а именно, Джона Дора из Городского университета Нью-Йорка и Бертрана Крамера из Же­невы.

 

Я особенно обязан Сесилии Бетге за подготовку этой рукописи на всех стадиях и за ее административные способности, которые помогли мне пи­сать книгу и продолжать вести профессиональную жизнь.

 

Джо Энн Миллер, мой редактор в Basic Books, предоставляла поддерж­ку, критику, идеи, терпение, нетерпение и назначала крайние сроки, и все это с замечательной чувствительностью и своевременно. Незаменимыми были также ясность мышления и прекрасная редакторская интуиция Нины Гюнзерхаузер.

 

Многие исследования, упоминающиеся в этой книге, поддерживали Фонд Германа и Амелии Эрман, Фонд Уильяма Т. Гранта, Фонд Психо­аналитических Исследований, Национальный Фонд Печатной Продук­ции, Национальный Институт Психического Здоровья и Уорнер Комью-никейшнз.

 

И наконец, я хотел бы поблагодарить всех родителей и младенцев — мо­их самых важных сотрудников, которые позволили нам себя изучать.

Заключение

ОСНОВНОЙ ЦЕЛЬЮ данной книги было описание развития ощу­щения самости младенца. Я попытался сделать выводы о возможных субъективных переживаниях младенца из рассмотрения новых экспери­ментальных данных о младенцах в сочетании с клиническими феноменами из практики. В этом смысле это шаг к синтезу наблюдаемого и клинически реконструируемого младенца в форме рабочей теории развития областей переживания самости.

 

Ценность этой рабочей теории еще не доказана, и даже ее статус гипоте­зы еще предстоит исследовать. Следует ли воспринимать ее как научную гипотезу, которую можно оценить по тому, подтверждает ли она имеющи­еся на данный момент представления или опровергает, и порождает ли ис­следования, приводящие к новым открытиям? Или же ее нужно восприни­мать как клиническую метафору для практического применения, и в этом случае можно определить терапевтическую эффективность этой мета­форы?

 

Я надеюсь, что верным окажется и то и другое. Как гипотеза, этот взгляд привлекает внимание к различным областям, в которых необходимо проводить больше экспериментов, — в частности, к исследованиям эпизо­дической памяти и роли аффекта в организации переживания, к описатель­ным и теоретическим попыткам создания таксономии довербальных пере­живаний и, в особенности, к попыткам развития описательных средств для определения и отслеживания паттернов взаимодействия при всех их транс­формациях в развитии. Также необходимы дальнейшие исследования для проверки гипотезы, согласно которой специфические для каждого возраста негативные события предсказывают последующую патологию в специфи­ческих областях переживания самости, но не могут предсказать патологию в специфических традиционных клинических темах развития. Я надеюсь, расширилось поле увлекательных и сложных исследований, и будущие экспериментаторы ответят на этот вызов.

 

Представленный здесь взгляд также предназначен служить метафорой для клинической практики. Вероятно, клинические следствия этой метафо­ры будут проявляться медленно и косвенно. Я подозреваю, что величайший потенциал содержится в изменении нашего представления о том, что представляет собой младенец, как он вступает в отношения с другими людьми, каким может быть его вероятный социальный опыт, в особеннос­ти его ощущение самости, и как мы ищем переживания прошлого, необхо­димые для создания терапевтических повествований. Такое изменение по­степенно проникает в мышление терапевтов, активно работающих с пациен­тами. Когда меняется картина реконструированного прошлого жизни пациента, терапевт считает необходимым мыслить и действовать иначе. Конструкты, предложенные в последнем разделе книги, должны способ­ствовать этому процессу. Такой процесс изменений продолжается многие «поколения» пациентов. Невозможно точно предсказать, как этот процесс проникновения и трансформации будет переведен в различные техники и теории терапии. Я предложил здесь лишь некоторые начала.

 

Второй путь изменений даже более косвенный и непредсказуемый, но, возможно, еще более сильный. Мы не только теоретики и экспериментато­ры, но и родители, бабушки и дедушки и распространители информации. Наши находки и теории — это информация для новых родителей. Наме­реваемся мы это делать или нет, нам не избежать общеобразовательной природы нашей работы. Этот процесс уже начался и продолжает ускорять­ся, меняя общее представление о младенце большинства людей. После того как родители увидят другого младенца, младенец трансформируется их но­вым «взглядом» и становится в итоге иным взрослым. В этой книге опи­сывается, как происходят такие трансформации. Эволюция, с которой мы сталкиваемся каждый день в облике «природы человека», действует в этих вопросах как консервативная сила, так что изменение наших представлений о том, что представляет собой младенец, может только в некоторой степени повлиять на его изменение. Но речь идет именно об этой степени измене­ния. Если иное представление о младенце начинает поколение спустя в дос­таточной степени менять детей, подростков и взрослых, то к нам станут приходить иные пациенты — пациенты, у которых было другое младенче­ство и межличностный мир которых развивался несколько иначе. Терапия такого нового пациента потребует изменений в клинической теории и стра­тегиях исследований.

 

Как развиваются сами младенцы, так должны развиваться и наши тео­рии о том, что они переживают и что собой представляют.

Мы не можем предоставить возможность скачать книгу в электронном виде.

Информируем Вас, что часть полнотекстовой литературы по психолого-педагогической тематике содержится в электронной библиотеке МГППУ по адресу http://psychlib.ru. В случае, если публикация находится в открытом доступе, то регистрация не требуется. Часть книг, статей, методических пособий, диссертаций будут доступны после регистрации на сайте библиотеки.

Электронные версии произведений предназначены для использования в образовательных и научных целях.

Новости психологии

22.11.2021 12:11:00

День психолога празднуется в России 22 ноября


17.11.2021

125 лет со дня рождения Льва Семёновича Выготского


11.11.2021

Неделя родительской компетентности будет проходить в Москве



Медиатека

Все ролики

Партнеры

Центр междисциплинарных исследований современного детства МГППУЦентр междисциплинарных исследований современного детства МГППУ
childresearch.ru
Портал психологических новостейПортал психологических новостей
psypress.ru
Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru Портал психологических изданий PsyJournals.ru

Электронная библиотека по психологии

Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru
Электронная библиотека Московского государственного психолого-педагогического университета – Электронные документы и издания в области психологии и смежных дисциплин.
Регистрация | Расширенный поиск | О проекте

Логотип PsyJournals.ru Новые выпуски научных и научно-практических периодических изданий по психологии и педагогике:
Актуальные статьи, Ведущие журналы, Цитируемые авторы, Широкий спектр ключевых слов.
Все издания индексируются РИНЦ
 

© 2005–2021 Детская психология — www.Childspy.ru, Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-68288
© 1997–2021 Московский Государственный Психолого-Педагогический Университет
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции

FacebookTwitter
  Яндекс.Метрика