Детская психология
 

Жизненное пространство семьи: объединение и разделение



Жизненное пространство семьи: объединение и разделение

Издательство: М.: Генезис , 2011 - 320 с.
В книге обсуждаются остроактуальные вопросы организации жизненного пространства семьи: территории, временного режима, владения семейными и личными вещами. Аргументируется право каж­дого человека на приватность. Жизнь и развитие семейной системы рассматриваются с точки зрения построения и нарушения личност­ных границ. Анализируются типичные конфликты, возникающие между родителями и детьми, супругами, другими членами семьи. Кни­га снабжена упражнениями на самопознание и самодиагностику. Книга «Жизненное пространство семьи: объединение и разделение» адресована практическим психологам и другим специалистам, а также широкому кругу читателей, заинтересованных в укреплении се­мейных ценностей.

Главы/Параграфы

Глава 3. Мой мир, мой дом, моя крепость

Символика жизненного пространства

Место и время, хронотоп, неотделимы от индивидуального бытия. Есть составляющая психологического пространства, которая позволяет использовать понятие границ так естественно, как ни одна другая — это личная территория. Личная территория — в широком смысле тот «эйкос», дом во Вселенной, в котором человек чувствует себя уместным. В более узком смысле дом — это, конечно, жилище.

Писать о территории и легко, и трудно. Дело в том, что именно территориальное поведение в мире животных исследовалось давно и подробно, в то время как применительно к человеческим существам — крайне скудно, и больше известно о том, какие места мешают человеку и в каких вредно находиться, чем о том, какие из них обладают естественной поддерживающей, сохраняющей силой. Чувство гнезда, чувство места — это знакомое почти каждому человеку переживание защищенности, желанности города, селения или дома знакомо каждому, но большинство людей склонны отмахиваться от этих переживаний под натиском средового давления, побуждающего покидать родной дом и стремиться вдаль, туда, где мнится лучшая перспектива и условия для выживания. Сентиментальная привязанность к родным местам уступает рациональному расчету.

Читать главу полностью


СВЯЗЬ ПОКОЛЕНИЙ (глава 7)

К сожалению, для России типичны многократно описанные в литературе конфликты «отцов и детей». Можно предполагать, что идеологическая близость между поколениями обусловлена и культурой, и семейным сценарием, различающимися в традиционных сообществах и тех, где дети рано отделяются от родителей.

Изучение того, как проявляется согласованность жизненной позиции молодых людей из Нидерландов с философией их родителей и прародителей, показало «эластичность» отношений между поколениями, которые на разных стадиях семейного цикла могут сближаться или отдаляться. Изучались базовые повседневные убеждения относительно того, должны ли близкие родственники проживать вместе или отдельно, когда стоит жениться, допустим ли в семье развод, а также в чем заключаются особенности ролей женщины и мужчины в семье. Оказалось, что молодые люди начинают декларировать отличное от родителей мнение, как только покидают родительский дом. Однако это изменение — не навсегда; выросшие дети начинают вновь вторить своим родителям, когда у них появляются собственные дети. Меняется опыт — меняется точка зрения. Трудно еще раз не вспомнить Марка Твена:

«Когда мне было четырнадцать, мой отец был так глуп, что я с трудом переносил его; но когда мне исполнился двадцать один год, я был изумлен, насколько этот старый человек поумнел за последние семь лет».

(М. Твен «Афоризмы»)

Практический вывод из этого исследования оптимистичен: родители, внутренне расставшиеся со своим подрастающим ребенком, могут вновь его обрести, когда он действительно подрастет («отпустить, чтобы вернуть»).

Но чтобы нечто можно было вернуть, оно должно вообще существовать. Как происходит наследование ментальных ценностей в семье? Как возникает и становится прочной привычка отстаивать собственное мнение и уважать чужое?

На наш взгляд, для уважительной по отношению к родителям, но в то же время самостоятельной жизненной позиции необходимы два условия: совместная деятельность и толерантность ко вкусам ребенка. Дети узнают о взглядах родителей от самих родителей, для чего они должны обсуждать эти взгляды, соглашаться с ними или иметь право на критику. Мировоззрение как система ценностей и убеждений начинает формироваться с умения отстаивать свои вкусы в повседневных ситуациях — сначала относительно вещей или режимных привычек, а позже — ценностей.

У маленького ребенка мало собственных идей и, скорее всего, нет взгляда на жизнь, но есть предпочтения — например, мультфильма, цвета одежды, игрушки. Эти предпочтения не имеют характера необходимости, это всегда «вкусовщина». Если ребенок не добивается своего, нужно его стимулировать и взращивать в нем умение распознавать то, что он действительно думает, иначе всю свою жизнь он будет думать чужие мысли и не отличать их от своих. Нам-то кажется, что «Винни-Пух» и «Ежик в тумане» вполне взаимозаменяемы как вечернее зрелище, но для маленького ребенка добиться своего, того, что хочется, — это тренинг авторской позиции по отношению к своей жизни и получение обратной связи от взрослых, которые признают его право на вкусы.

Точно так же невежливая привычка критиковать книгу, которую читает ребенок, или канал, который смотрит бабушка, относится не только к автору книжки или телеведущему; она затрагивает право зрителя или читателя на именно это мировоззрение. Факт сотворчества в искусстве делает человека всегда причастным к тому, что ему нравится и с чем он начинает себя отождествлять.

Рано или поздно почти любой ребенок, в котором все было так узнаваемо и о котором можно было сказать, что именно ему досталось от мамы, что от папы, а что вызвано влиянием улицы, вдруг становится неожиданным. Он слушает музыку, которая не имеет ничего общего с тем, чему его учили любящие родители. Он начинает читать странные книги, «читать» раздражающий рэп и смотреть непонятные фильмы. Более того, ему нравится эпатировать своих родителей, и он получает очевидное удовольствие от их недоумения. Обычно такие изменения происходят к подростковому возрасту и имеют вполне определенный эволюционный смысл: растущий ребенок должен сначала отделиться от родительского влияния, чтобы быть готовым создать нечто свое.

Демонстративное противопоставление провоцирует ослабление родительской привязанности и контроля, побуждает самых терпеливых родителей воскликнуть «Какой ужас!» и тем самым дать ребенку право на нечто неразделенное. А ему только это и требуется. Взросление начинается с подростковой субкультуры. Поэтому подростку не следует демонстрировать неискреннее терпение: позволив пирсинг в ухе, вы скоро увидите его в пупке, и честнее сразу сказать, что вам это не нравится. Если, конечно, не нравится на самом деле. Ложная обратная связь, которую родители дают ребенку, дезориентирует; он не сможет научиться ловить признаки согласия и несогласия от других людей. Кроме того, не получив желанного признания того, что он не во всем похож на родителей, подросток будет продолжать провоцировать.

Отсутствие собственной эстетики, а потом и жизненной философии делает человека зависимым. Поэтому пусть ребенок иногда имеет то, что родителям не нравится, пусть думает о том, что их может раздражать. И учится жить с осознанием того, что в его жизни всегда будет кто-то несогласный с ним, пусть идет на риски и принимает за это личную ответственность. Толерантность состоит не в том, чтобы симпатизировать подобным себе, а в том, чтобы уметь мирно принять отличия без внутреннего согласия с ними.

Толерантность приходится проявлять не только к младшим членам семьи, но нередко и к старшим. Каждая возрастная когорта имеет типичные взгляды, которые могут вызывать несогласие и протест у другого поколения, но не стоит отождествлять человека и его жизненную философию. Хотя пожилым людям этого иногда очень хочется. В случае несогласия нужно помнить о том, что мировоззрение — это лишь одна грань личности близкого человека, и относиться к ней отстраненно-познавательно («Чем ему это дорого и как помогало в жизни?»). Нет ничего хуже классовых чувств внутри семьи.

Свобода совести и вероисповедания — важные демократические ценности, к которым в нашей стране пока еще не было времени привыкнуть, и потому совершенно естественно, что, с одной стороны, члены семьи нередко пытаются контролировать мировоззрение друг друга, а с другой — что наши соотечественники обладают широким репертуаром «двоемыслия» и других способов не открывать свой истинный взгляд на жизнь.


Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. ЧЕЛОВЕК И ЕГО АТРИБУТЫ

Языки повседневной жизни
Кто и с чем себя ассоциирует
Психологическое пространство личности
Личностные границы
Борьба за жизненное пространство
Ресурсы жизнестойкости

Наша психологическая консультация

Глава 2. О ПИЩЕ И СЕКСЕ

Связь тела и души
Телесные границы
Конфликт тела и культуры
Символика телесности
Метафорический смысл пищи и питания
Пищевые привычки
Пищевое насилие
Секс в человеческой культуре
Психологические функции секса

Наша психологическая консультация

Глава 3. МОЙ МИР, МОЙ ДОМ, МОЯ КРЕПОСТЬ

Символика жизненного пространства
Чувство места
Территориальность у животных и людей
Территория мужчин и территория женщин
Психологические функции территории
Пейзаж и ландшафт
Особенности жизни в городе
Дом как символ и убежище
Приватность у мужчин и женщин

Наша психологическая консультация

Глава 4. РАДОСТИ ОБЛАДАНИЯ

Психологические функции вещей
Привязанность к вещам
Вещи и люди
Сила вещей
Одежда в нашей жизни
Вещи в человеческом общении
Про покупки
Деньги — всеобщий эквивалент и символ
Сбережения и долги

Наша психологическая консультация

Глава 5. ВРЕМЯ ЖИТЬ

Время пользования жизненным пространством
Знать свое время
Организация личного времени
Из чего складывается личное время
Режим жизни: упорядочивание и ограничение
Опоздания и откладывание
В масштабе жизни
Темпы, ритмы, фазы

Наша психологическая консультация

Глава 6. БРАТЬЯ МЕНЬШИЕ

Животные в жизни горожан
Долгая история любви
Животные как психотерапевты
Домашние животные и здоровье
Общение с животными
Место животных в жизни семьи

Наша психологическая консультация

Глава 7. ТО, ЧТО НЕ ВИДНО СРАЗУ

Семейная философия
Духовность и ценности
Религиозность в человеческой жизни
Психотерапевтические функции религии
Трудности и риски религиозного воспитания
Связь поколений
Секреты, тайны, скрытность

Наша психологическая консультация

Глава 8. ДЕТСКИЙ МИР

Что у ребенка в доме своего?
Приватность детей
Домашняя среда ребенка
Переходные объекты, «вторичные территории»
Школа и класс
Любимые места
Незнакомые места и дальние страны

Наша психологическая консультация

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

Предисловие

Что может быть доказательством того, что человек существует? В чем он проявляется и что оставляет после себя? Есть ли нечто такое, о чем он с уверенностью может сказать: «Мое»? И что для этого нужно иметь? Иметь и быть — это совсем различные или все же пересекающиеся понятия? Из-за чего человек ссорится с близкими и воюет с чужими, что мотивирует его к принятию решений, размышлениям и вообще — к жизни?

Жил когда-то известный философ, который бы ответил на все эти вопросы одним словом: сознание. Я мыслю, следовательно, существую. Пока я мыслю, я жив; а если я перестану мыслить, мне все равно, что останется в мире, будет ли он вообще существовать или нет. Однако не все согласятся с Декартом в том, что сознания действительно достаточно. Во-первых, окружающие не всегда догадываются, что мы мыслим, тем более — о чем, это нужно как-то проявить. Во-вторых, не каждый человек считает, что мыслить — главное в жизни, и кому-то больше нравится путешествовать, любить, сажать цветы, — да мало ли что еще!

Вот и получается, что мы убеждаем себя и других в том, что мы есть, через повседневные или героические поступки, которые изменяют мир и нас самих. И в этих поступках обязательно участвуют другие люди, природа, живые существа, место, время, — бытие. Человек всегда существует где-то, когда-то и с кем-то. Бытие дано человеку не навсегда, а лишь на время, и даже в течение этого времени он делит его с другими. Иногда по доброй воле и с любовью, иногда — вынужденно и неохотно. Но всегда присутствуют в нашей жизни свое и чужое, а также близкие и незнакомцы — в зависимости от того, по какую сторону границ они находятся.

В мире животных каждое существо имеет личную территорию или участок для гнездования, необходимые ему, чтобы прокормить себя и свое потомство, семью. Это нужно для того, чтобы жизнь продолжалась, чтобы не было путаницы, борьбы за пищу и взаимного уничтожения. Границы — это правила и порядок. Их не обязательно обозначать чертой, все живущие вблизи границ и так знают, какое место кому принадлежит.

У нас, людей, границы относятся не только к физической территории. Разделение на свое-чужое распространяется на все стороны человеческого опыта: вещи, манера одеваться, произношение, привычки, доступность номера телефона и времени, выделяемого для бесед, — все это может служить маркерами общности или, напротив, чуждости людей. Узнают и квалифицируют друг друга как своих выпускники одного университета, уроженцы одного городка, люди, которые носят одну форму одежды, любят читать одни книги, слушают одного певца. Общее бытие сближает, потому что не нужно тратить энергию на распознавание непонятного нового.

А иное — настораживает, вызывает недоверие. Это может измениться, но для изменения требуется время.

Свои и чужие — тоже не навсегда. Аванс доверия, данный своему, может не оправдаться, и тогда его объект перемещается за границы, к чужим. То есть он может продолжать жить и работать там же, где и раньше, однако ему не рады, если он звонит после работы, его не зовут в гости и не обсуждают с ним новости. Формально свой, фактически — чужой. Как много людей время от времени чувствуют себя именно так!

Незнакомец также может стать своим и любимым, иначе люди вообще не могли бы сближаться. Но это редко случается сразу, а чаще зарабатывается общим опытом совпадения вкусов, взглядов, взаимной надежности.

Наша книга — о тех границах, без которых немыслимо человеческое бытие и которые могут иметь разную природу. Дверь или забор — граница ясная и честная, она сразу предупреждает о том, что входить без приглашения не стоит. А вот если в автобусе или просто на улице вы никуда не можете спрятаться от длинного вязкого разговора, который везде настигает, догоняя навязчивыми подробностями авторемонта, воспитания детей или даже пылкой любви — но чужой, не вашей, — то где это происходит, внутри или вне ваших границ? И почему так сильно действует?

Каждый человек, перемещаясь во времени или пространстве, несет вокруг себя невидимую оболочку того, что он считает своим. Для кого-то это люди, для кого-то — Идея, для кого-то — всего лишь большая сумка. И хотя нет на свете ничего такого, без чего человек в конечном счете не мог бы прожить, он все-таки этим дорожит. И потому, сближаясь, люди впускают в этот невидимый пузырь Другого вместе со всем скарбом его мыслей, вещей и вкусов, а расставаясь, — лишаются того, что долго было общим.

И то и другое значительно, потому что человеческое существо стремится к очень разным вещам, к тому же одновременно: оно готово многим поступиться, чтобы избежать одиночества, и от многого отказаться, чтобы сохранить себя. Баланс совместного и приватного присутствует в любом акте человеческой жизни. Наиболее интенсивно процессы объединения-разделения психологического пространства происходят в семье. Между близкими людьми существуют особенно эмоционально напряженные отношения, здесь нет пустяков и мелочей, любое бытовое взаимодействие содержит в себе подтекст, неявное послание, в котором есть и оценка другого человека, и отражение чувств к нему. Кто занимает лучшее место на кухне? Кто начинает банку со сгущенкой, а кто ее заканчивает, «чтобы не пропадало», соскребывая засохшие капли со дна? Кто не заботится тем, чтобы закрывать за собой дверь в туалет? Почему ребенок, возвращаясь из школы, регулярно теряется по дороге, и где именно он теряется? Кто выходит в кухню, когда ужин уже закончился? Кого невозможно отучить сидеть за компьютером с чашкой и бутербродом? И почему мать семейства из года в год готовит суп с ненавидимым всеми жареным луком, который члены семьи устало извлекают из тарелки?

На все эти вопросы можно дать по крайней мере несколько ответов, в которых неизбежно появятся слова «любит», «уважает», «презирает», «игнорирует». А еще больше ответов появится, если мы поставим вопрос иначе: для чего все это? Для чего сын или дочь открывают новую банку со сгущенкой, хотя прежняя еще не закончилась? Для чего мать, недовольно ворча и опасаясь полноты, все же это молоко потом доедает? В чем смысл этого послания семье — желание получить сочувствие, право не следить за собой, или просто она очень любит сгущенку, но стесняется есть «детский» продукт и позволяет себе это под предлогом проявления хозяйственности?

Можно бесконечно играть с поиском смыслов происходящего. Но прочная семейная лодка не разбивается о быт; быт — не альтернатива бытию. Можно поэтизировать быт, можно принимать его, суть остается одной: отторжение быта — это отторжение общего бытия. Бытие порождает человеческие проблемы, но оно же и решает их. Поэтому бытовые привычки, милые или неприятные, служат ответом на разные неосознанные послания других членов семьи, и они же помогают человеку успокоиться и сохранить свое достоинство.

Способы разделения пространства и способы сохранения своего, неразделенного, на самом деле практически одни и те же. Чем надежнее у человека чувство уверенности в обладании «своим», тем легче ему этим добровольно поделиться. И наоборот, известно, что запретный плод сладок. От него трудно отказаться, даже если он на самом деле кислый или горький. Потому что, удерживая его, человек оберегает свои границы и тем самым — самого себя. А кто же не станет себя защищать?

В разных странах свое и общее ценится по-разному. Так, известный голландский психолог Г. Хофстеде даже разделял все человеческие культуры на коллективистические и индивидуалистические: в первых допускается очень высокий уровень контроля над личной жизнью, во вторых высоко ценится частная жизнь и личная автономия. Однако независимо от характера социального устройства чувство собственности по отношению к разным составляющим своей жизни представляет собой основу самоуважения, психологического благополучия и личного счастья человека. В нашей стране общее и общественное на протяжении многих лет ставилось выше личного, что и привело к массовой утрате чувства собственного достоинства и деформированным способам обретения и сохранения «своего» — в частности, массовой алкоголизации как уходу в тот мир, где реальность не раздражает. Должно было смениться поколение, для того чтобы частная и семейная жизнь вновь стали ценностью, а личная собственность перестала быть «капиталистическим пережитком». Однако мировоззренческие различия между поколениями и порождаемые ими семейные конфликты очень часто связаны с различным пониманием бытовых прав и свобод членов семьи.

Психологи чаще изучают внутренний мир человека, иногда забывая о том, что его окружает. А между тем внутреннее и внешнее способны превращаться друг в друга. Все сущее, как известно, рождается сначала в воображении, затем в воле, и лишь потом — в действии. Действие, в свою очередь, остается в воспоминаниях. Человека нельзя оторвать от его привычек, а если сделать это насильственно, то поиск «своего» приведет его либо к психологу, либо к психиатру.

Понять «тайный», а на самом деле просто неизученный смысл бытовых привычек, действий и поступков, которые могут быть посланиями, предупреждающими об изменениях в семье или уже фиксирующими эти изменения, — можно, если знать язык атрибутов человеческого бытия — вещей, территории, привычек, жизненной философии. Это понимание сделает семейную жизнь более объемной, а членов семьи — более чувствительными в распознавании прозрачных границ психологического пространства близких людей, внедрение в которое разрушает взаимное доверие и уважение. Ибо, как говорил Конфуций, «по своей природе люди близки друг к другу, но по своим привычкам они далеки» (Классическое конфуцианство, 2000. Т. 1, c. 191).

Заключение

Прочитав написанное, авторы пришли к выводу, что в целом поставленные нами задачи решены. Действительно, как и было обещано, мы поделились тем, что думаем по поводу быта как языка человеческого бытия. Мы отметили необходимость построения и поддержания личностных границ в любом общении. Мы показали, что психологическое пространство человека состоит из очень разнородных составляющих, однако эти составляющие взаимозаменяемы. Мы старались внимательно рассмотреть, как складывается общее психологическое пространство семьи и какие критические моменты в этом становлении присутствуют.

Основываясь на академических исследованиях и реальной практике, мы описали наиболее важные проявления человеческой телесности, территориальности и владения собственностью. Вспомнили о домашних животных. Отметили, что все совершается нами не только в пространстве, но и во времени, которое каждым отсчитывается по-своему. Обратили внимание на связь практики жизни и ее философии. И описали особенности жизненной среды детей.

Мы также ответили на те вопросы, которые наиболее часто возникают у людей, впервые задумавшихся об особенностях собственного жизненного уклада.

Завершая книгу, мы подумали о том, что можно было бы поговорить подробнее о жизненном пространстве мужчин и женщин, пожилых членов семьи, одиноких людей, о том, что мы совершенно упустили из виду, — об эстетике быта, о роли загородного и временного жилья в развитии личности, восстановлении здоровья и продуктивности. Интересно было бы обсудить также, что приобретает человек, путешествуя, занимаясь рукоделием, искусствами, спортом. И совсем ничего не успели мы написать о явлениях внутрисемейной толерантности и стигматизации, которые также воздвигают между людьми барьеры.

Но, подводя итоги, мы вновь вспомнили Декарта, который каждого мыслящего человека призывал к сомнению. Насколько точно можно разложить человеческое бытие на те его фрагменты, о которых мы написали, и что теряется в этой «квадратуре круга»? Нет ли вероятности, что мы пропустили в наших размышлениях нечто такое, что для многих является сущностным? Сколько усилий нужно прикладывать к обустраиванию своего жизненного пространства, ведь все это — действительно лишь атрибуты человеческой жизни, а вовсе не ее субстанция? И кто знает, может быть, то, что есть, со всеми его вызовами и провокациями — это и есть «свое», так не проще ли просто принять то, что есть, и перестать с ним бороться?

«Потенциально имущие, вам наскучит ваша работа, ваши друзья, ваши супруги, ваши возлюбленные, вид из вашего окна, мебель или обои в вашей комнате, ваши мысли, вы сами. Соответственно, вы попытаетесь найти пути спасения. Кроме приносящих удовлетворение вышеупомянутых игрушек, вы сможете приняться менять места работы, жительства, знакомых, страну, климат; вы можете предаться промискуитету, алкоголю, путешествиям, урокам кулинарии, наркотикам, психоанализу.

Впрочем, вы можете заняться всем этим одновременно; и на время это может помочь. До того дня, разумеется, когда вы проснетесь в своей спальне среди новой семьи и других обоев, в другом государстве и климате, с кучей счетов от вашего турагента и психоаналитика, но с тем же несвежим чувством по отношению к свету дня, льющемуся через окно. Вы натягиваете ваши кроссовки и обнаруживаете, что у них нет шнурков, за которые бы вы выдернули себя из того, что вновь приняло столь знакомый облик».

(И. Бродский«Похвала скуке»)

Пятнадцати точек достаточно, чтобы в движущемся изображении можно было узнать мужчину или женщину, веселого или грустного, уставшего или бодрого. Наверное, главное послание, которое нам бы хотелось передать читателям, — это пожелание, проанализировав жизненные ситуации других людей и сумев принять их к сведению, продолжать жить собственную жизнь, ведь то, что видно нам, — это всего лишь несколько точек.

Купить книгу "Жизненное пространство семьи: объединение и разделение" можно на сайте Озон

Мы не можем предоставить возможность скачать книгу в электронном виде.

Информируем Вас, что часть полнотекстовой литературы по психолого-педагогической тематике содержится в электронной библиотеке МГППУ по адресу http://psychlib.ru. В случае, если публикация находится в открытом доступе, то регистрация не требуется. Часть книг, статей, методических пособий, диссертаций будут доступны после регистрации на сайте библиотеки.

Электронные версии произведений предназначены для использования в образовательных и научных целях.

Новости психологии

22.11.2021 12:11:00

День психолога празднуется в России 22 ноября


17.11.2021

125 лет со дня рождения Льва Семёновича Выготского


11.11.2021

Неделя родительской компетентности будет проходить в Москве



Медиатека

Все ролики

Партнеры

Центр междисциплинарных исследований современного детства МГППУЦентр междисциплинарных исследований современного детства МГППУ
childresearch.ru
Портал психологических новостейПортал психологических новостей
psypress.ru
Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru Портал психологических изданий PsyJournals.ru

Электронная библиотека по психологии

Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru
Электронная библиотека Московского государственного психолого-педагогического университета – Электронные документы и издания в области психологии и смежных дисциплин.
Регистрация | Расширенный поиск | О проекте

Логотип PsyJournals.ru Новые выпуски научных и научно-практических периодических изданий по психологии и педагогике:
Актуальные статьи, Ведущие журналы, Цитируемые авторы, Широкий спектр ключевых слов.
Все издания индексируются РИНЦ
 

© 2005–2021 Детская психология — www.Childspy.ru, Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-68288
© 1997–2021 Московский Государственный Психолого-Педагогический Университет
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции

FacebookTwitter
  Яндекс.Метрика