Детская психология
 

Особенности реагирования на ситуации фрустрации детей 5-8 лет из воцерковленных православных и неворцековленных семей

Автор: Тищенко Ю.В. 
Тип: статья
Рубрика:  Дошкольники 
Версия для печати
Теоретической основой исследования является концепция структурных звеньев самосознания В.С. Мухиной и метод исследования их сформированности, основанный на определении адаптивных способностей личности в различных ситуациях. Результаты исследования позволяют говорить о детерминированности формирования и проявления самосознания детей 5-8 лет из воцерковленных православных семей (низкий уровень агрессивных реакций в ситуациях с воспитателями, учителями, родителями и сверстниками). Выявлены закономерности структурных звеньев самосознания в зависимости от религиозной ориентации семьи, а также их связь с полом ребенка.

Теоретической основой исследования является концепция структурных звеньев самосознания В.С. Мухиной и метод исследования их сформированности, основанный на определении адаптивных способностей личности в различных ситуациях. Результаты исследования позволяют говорить о детерминированности формирования и проявления самосознания детей 5–8 лет из воцерковленных православных семей (низкий уровень агрессивных реакций в ситуациях с воспитателями, учителями, родителями и сверстниками). Выявлены закономерности структурных звеньев самосознания в зависимости от религиозной ориентации семьи, а также их связь с полом ребенка.

Влияние православия на умы и души россиян в годы потрясений, кризисов и перехода страны к новым формам экономической жизни огромно. Однако до сих пор отечественная психология не предпринимала сколько-нибудь серьезных попыток исследовать христиан, последовательных приверженцев православной церкви (воцерковленных) и не следующих нормам церковной жизни (невоцерковленных). Мы поставили задачу выявить и сравнить психологические особенности такого сложного и неоднозначно понимаемого феномена, как самосознание у детей из воцерковленных и невоцерковленных православных семей.

Теоретической основой нашего исследования послужила онтогенетическая концепция структурных звеньев самосознания личности, разработанная В.С.Мухиной, и нашедшая свое отражение в работах М.В.Нуховой, Н.Е.Носковой, В.М.Поставнева, Т.Н.Счастной, О.В.Хухлаевой, А.Ф.Шадуры и других.

Вслед за этими авторами под самосознанием личности мы будем понимать сложившуюся социально обусловленную психологическую структуру, представляющую собой единство, выражающееся в каждом из своих структурных звеньев. Структурными же звеньями самосознания являются: имя собственное и личное местоимение, за которым стоит физический облик и индивидуальная духовная сущность человека; притязание на признание; половая идентификация; психологическое время личности, ее прошлое, настоящее и будущее; социальное пространство личности в контексте прав и обязанностей.

Мы исходим из того, что сформированность структурных звеньев самосознания определяется способностью находить выход из ситуаций депривации и противостоять депривирующим воздействиям. Показателем развития структурных звеньев самосознания и адаптивных способностей личности являются особенности поведения в ситуациях фрустрации. Проблема того, как формируется и определяется самосознание личности детей 5–8 лет в зависимости от их принадлежности к воцерковленной православной и невоцерковленной семье, и определила наше исследование.

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ

Для изучения психологических особенностей самосознания детей из воцерковленных православных и невоцерковленных семей автор этой статьи проводила психологическое исследование с 1995 г. среди воспитанников детских садов № 96, 145, 456, 1225, 1525, 1546, православных групп детских садов № 96, 145, 456, 1225, 1525, 1546; православных гимназий № 3, 7, 13 (нумерация отдела образования епархии Москвы) и учащихся гимназических классов средних школ № 31, 812 Москвы. Выборку составили 240 человек, из них: 120 — дети из невоцерковленных семей и 120 — дети из воцерковленных православных семей.

Мальчики и девочки представлены в обеих группах поровну — по 60 человек. Каждая группа из 120 человек включает в себя 60 детей 5–6 и 60 детей 7–8 лет.

В процессе исследования были использованы следующие методы: проективный метод депривации структурных звеньев самосознания (В.С.Мухина и К.А.Хвостов) [3]; метод «Ретроспективная рефлексия, обращенность в настоящее и будущее» (В.С.Мухина [2], модификация Н.В.Носковой [4]); проективный метод — тест «Дом — Дерево — Человек» (Р.Ф.Беляускайте [1]). Статистическая обработка результатов осуществлялась с использованием непараметрического критерия c2 и критерия Фишера (F).

ПРОЕКТИВНЫЙ МЕТОД ДЕПРИВАЦИИ СТРУКТУРНЫХ ЗВЕНЬЕВ САМОСОЗНАНИЯ

Проективный метод как надежное диагностическое средство был описан в исследованиях Е.Т.Соколовой [5]. Наиболее оптимальный проективный метод депривации структурных звеньев самосознания (ДСС) для детей 5–8 лет разработан В.С.Мухиной и К.А.Хвостовым, с его помощью удается выявить адаптированность ребенка к ситуациям фрустрации.

В настоящем исследовании используется одна модификация этого метода — для детей 5–8 лет с вариантом для мальчиков и девочек — 26 черно-белых тематических рисунков, изображающих жизненные ситуации взаимодействия ребенка со взрослыми — с педагогом (I серия, 10 рисунков), с родителями (II серия, 8 рисунков).

Ситуации, представленные в рисунках, делятся на две группы:

1. Ситуации фрустрации с одним или двумя персонажами (лицами), произносящими негативные высказывания по отношению к субъекту. Данная группа рисунков позволяет определить адаптированность ребенка к подобным ситуациям, выявить характер его реакций.

2. Ситуации нейтральных и позитивных высказываний по отношению к субъекту. Проективные рисунки этой группы завершают каждую серию методики и служат средством снятия фрустрации, провоцируемой предшествующими рисунками. При асоциальных реакциях ребенка ситуации без фрустрации позволяют надежно диагностировать общий повышенный уровень фрустрации.

Сами рисунки методики соотносятся с основными звеньями структуры самосознания, что позволяет целенаправленно определить характерный тип реагирования на депривацию.

В случае избегания общения материал не подлежал количественной стандартизированной обработке. При готовности к общению с психологом ответы детей оценивались по параметрам: активность–пассивность; адекватность–неадекватность; лояльность–нелояльность; стремление преодолеть фрустрацию–фиксированность на фрустрации.

Комбинации параметров составляют типы реагирования ребенка на ситуации фрустрации: 1) активно включаемый, адекватный лояльный, стремящийся к преодолению фрустрации тип поведения — высшая позитивная форма социально нормативной реакции; 2) активно включаемый, неадекватный лояльный, фиксированный на фрустрации тип поведения — социально неразвитая (адаптивная) позитивная форма реагирования на фрустрацию; 3) активно включаемый, адекватный нелояльный (агрессивный), фиксированный на фрустрации тип поведения — негативная нормативная форма социального реагирования; 4) активно включаемый, адекватный нелояльный (игнорирующий), фиксированный на фрустрации тип поведения — негативная нормативная форма социального реагирования; 5) пассивный, невключенный тип поведения — социально неразвитая, неадаптивная форма социального поведения [3].

Вербальная реакция ребенка относится к первой форме реагирования, если она характеризуется активностью, адекватностью, лояльностью, стремлением преодолеть фрустрацию. Например, «Извините, я научусь», «Я хочу исправиться», «Давайте будем играть вместе».

При прагматической ориентации на ситуацию ребенок требует пояснить причину высказывания и, если она его не устраивает, то он также приносит свои извинения и заверяет собеседника в своем желании исправиться.

Вторая форма реагирования характеризуется активностью, лояльностью, но неадекватной реакцией на фрустрацию. Например, ребенок соглашается с высказыванием другого персонажа рисунка, извиняется, пытается оправдать свои действия «объективными причинами», задает вопрос «Почему?», после ответа на который извиняется без высказывания намерения измениться, либо дает прямой ответ на вопрос.

Ответ относится к четвертой форме реагирования, если он характеризуется активностью, адекватностью, фиксированностью на фрустрацию в форме игнорирования. Типичные ответы: «Ну и что», «Почему?» (с вызовом), либо испытуемый отрицает полностью высказывание персонажей рисунка, ищет причины исключительно во внешних обстоятельствах: «Она сама разбилась», «Это вы дали мне такое нехорошее имя».

Если ответ неадекватен, отражает невовлеченность, его относят к пятой форме реагирования — пассивной. В этом случае ответы таковы: «Я промолчу», «Ничего не отвечу», либо — молчание ребенка с сохранением желания общаться и дальше.

Некоторые ответы детей могут быть отнесены к двум, но не более, формам реагирования, например: «Я все умею. Это ты ничего не умеешь» (третья и четвертая формы реагирования).

В результате анализа определялись персонажи рисунков, на которых в большей степени проявляется фрустрация — на взрослых, родителей или сверстников. Ярким показателем явились ответы с фрустрацией на нейтральные или позитивные высказывания персонажей, например: «Хороший наш, любимый наш сынок! Мы верим в тебя!», «Давно бы так, а то раньше вы меня все ругали!» Эти ответы выступают как отражение неудовлетворенности отношениями у ребенка.

При анализе ситуаций сопоставлялось количество реакций определенного типа при взаимодействии со взрослыми, родителями и сверстниками и прослеживалась их зависимость от депривации той или иной структуры самосознания. А как показатель депривированности — большее количество реакций неадекватного лояльного типа у детей из воцерковленных православных семей по сравнению с детьми из невоцерковленных семей, а также менее выраженный игнорирующий тип поведения. На легкую депривированность указывает повышенная пассивность испытуемых. Выраженность агрессивных реакций свидетельствует о значимости данного звена самосознания для сравниваемых групп детей.

РЕТРОСПЕКТИВНАЯ РЕФЛЕКСИЯ, ОБРАЩЕННОСТЬ В НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

Данный метод позволяет определить депривированность и содержательное наполнение звена самосознания личности — обращенность в настоящее и будущее. Кроме того, метод дает возможность уточнить вербальное выражение представлений ребенка о своем прошлом, настоящем и будущем, определить его ориентацию в личностном времени.

В основе метода лежит беседа, направленная на самооценку ребенка во временноґм измерении. Вопросы, предлагаемые детям, были частично модифицированы Н.В.Носковой [4] по опросникам В.С.Мухиной, Е.П.Тимошенко, И.Е.Валитовой [6]. Разработанный Н.В.Носковой комплекс вопросов направлен на выявление у детей старшего дошкольного возраста способности к рефлексии прошлого, настоящего и будущего в своей жизни. Последовательность предъявления вопросов моделирует течение жизни ребенка от прошлого к будущему, позволяет изучить взаимосвязь его индивидуального опыта в формировании самосознания. В ряде вопросов используется отработанный в детской психологии прием: ребенку предлагается переместиться в одно из времен своей жизни (прошлое, настоящее, будущее) и остаться там на некоторое время или навсегда. Этот опросник был использован и для выяснения временныґх ориентаций детей младшего школьного возраста (7–8 лет).

При анализе результатов мы исходили из того, что ответы «Не помню», «Не знаю», «Не был маленьким» могут свидетельствовать о низком уровне развития самосознания ребенка, слабом наполнении его структурных звеньев. Ответы, направленные на защиту конкретных людей, оценивались нами как более активные, чем те, где говорилось о желании быть добрым со всеми.

ТЕСТ «ДОМ — ДЕРЕВО — ЧЕЛОВЕК»

По свидетельству большинства исследователей рисунок дома, дерева и человека — своеобразный автопортрет рисующего человека, в котором он проецирует свое состояние на значимые для него объекты. Тест отображает обобщенное представление ребенка о себе и может служить показателем самосознания. В нашем исследовании с помощью этого теста изучалась выраженность негативных симптомов в представлении индивида о себе.

В основе теста — изучение личности детей с использованием рисуночных проб Р.Ф.Беляускайте, которая разработала систему симптомокомплексов, обозначающих различные состояния ребенка. Последние были взяты нами за основу оценки рисунков. Начисление баллов проводилось в соответствии с количеством рисунков и значимостью симптома.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Основным направлением анализа результатов, полученных в ходе обработки эмпирических данных, явилось определение и сравнение частоты проявления типов реакций на проективные ситуации методики у детей из воцерковленных православных и невоцерковленных семей (для краткости обозначим эти семьи соответственно ВПС и НС). Анализ проводился в группах детей из НС и ВПС — мальчиков 5–6 лет, девочек 5–6 лет, мальчиков 7–8 лет, девочек 7–8 лет. Дополнительно анализировалась возрастная динамика проявления типов реакций на проективные ситуации методики в группах мальчиков 5–6 и 7–8 лет из НС, мальчиков 5–6 и 7–8 лет из ВПС, девочек 5–6 и 7–8 лет из НС, девочек 5–6 и 7–8 лет из ВПС.

Сравнительный анализ типов реакций на фрустрирующие ситуации детей 5–6 и 7–8 лет из НС и ВПС позволяет выделить некоторые общие тенденции развития самосознания, а также ряд значимых различий, детерминируемых типом семьи ребенка.

Общей тенденцией реагирования на ситуации депривации звеньев структуры самосознания независимо от типа семьи является преобладание игнорирующего типа поведения. Игнорирование фрустратора, хотя и не является продуктивной формой поведения, рассматривается нами как обособление, закономерный путь развития самосознания, выражение определенной внутренней силы.

При сопоставлении серий с различными персонажами выявлено, что во всех анализируемых группах наибольшее количество адекватных лояльных, игнорирующих и пассивных реакций направлено на педагога, неадекватных лояльных реакций — на родителей, а агрессивных — на сверстников. В то же время установлены статистически значимые различия, детерминируемые типом семьи ребенка и зависящие от пола и возраста детей.

Так, сравнение особенностей реагирования на ситуации фрустрации мальчиков и девочек 5–6 лет показывает (табл. 1), что независимо от пола, дети, воспитывающиеся в ВПС, значительно чаще, чем их сверстники из НС, демонстрируют лояльное поведение (адекватные лояльные и неадекватные лояльные реакции) и реже прибегают к некорректным, фиксированным на фрустрации, реакциям игнорирования и агрессии по отношению к фрустрирующему персонажу. Большая выраженность лояльных и меньшая некорректных форм поведения, характерная для детей из ВПС, свидетельствует о следовании декларированным либо наблюдаемым образцам поведения в данной социальной группе.

При анализе результатов депривации отдельных звеньев структуры самосознания в целом наблюдаются те же тенденции. Наименьшее количество значимых различий между группами детей 5–6 лет зафиксировано при депривации имени — являясь генетически первичным, оно формируется до включения детей в определенную религиозную ориентацию. Наибольшее количество значимых различий по проявлению адекватных лояльных реакций среди сравниваемых групп детей 5–6 лет выявлено при депривации притязаний на признание, а среди групп мальчиков — и при депривации половой принадлежности, что отражает более раннюю социализацию мальчиков из ВПС и указывает на активное формирование структурного звена «притязание на признание» у детей 5–6 лет из ВПС.

Таблица 1. Выраженность типов реакций на депривацию структурных звеньев самосознания детей 5–6 лет из воцерковленных православных (ВПС) и невоцерковленных семей (НС), %


Примечание к табл. 1 и 2: * — звенья самосознания: 1 — имя, 2 — притязание на признание, 3 — половая идентификация, 4 — перспективы личности; ** — тип реакции: 1 — адекватная лояльная, 2 — неадекватная лояльная, 3 — агрессивная, 4 — игнорирующая, 5 — пассивная.

У мальчиков из ВПС наблюдаются признаки депривированности структурных звеньев самосознания «половая принадлежность» и «перспективы личности» — существенное преобладание, в сравнении с детьми из НС, неадекватных лояльных реакций.

Накопление фрустрации без агрессии преобладает у детей 5–6 лет из ВПС и в ситуациях без фрустрации. Фрустрация с агрессией проявляется у детей из НС значительно чаще, чем у детей из ВПС. Пассивное поведение в ситуациях без фрустрации реже встречается у детей из ВПС, чем у детей из НС, что объясняется разрядкой эмоционального напряжения, накопленного в результате фрустрационного поведения.

Сравнение особенностей реагирования на ситуации фрустрации мальчиков и девочек 7–8 лет показывает (табл. 2), что независимо от пола дети, воспитывающиеся в ВПС, значительно чаще, чем их сверстники из НС, демонстрируют лояльное поведение (адекватные лояльные и неадекватные лояльные реакции) и реже прибегают к некорректным, фиксированным на фрустрации, реакциям агрессии по отношению к фрустрирующему персонажу.

Наибольшее количество значимых различий среди сравниваемых групп детей 7–8 лет выявлено при депривации притязаний на признание, а у девочек, кроме того, еще и преобладание депривированности структурного звена самосознания «перспектив личности», что свидетельствует о формировании данных структурных звеньев самосознания у соответствующих групп детей.

Результаты исследования свидетельствуют о том, что дети из ВПС в большей степени испытали на себе депривирующее воздействие, чем дети из НС. Они значительно больше накапливают фрустрацию в ситуациях без фрустрации, им больше, чем их сверстникам из НС, свойственны реакции фрустрации без агрессии, меньше — реакции фрустрации с агрессией.

Таблица 2. Выраженность типов реакций на депривацию структурных звеньев самосознания детей 7–8 лет из ВПС и НС, %

Притязание на социальное признание является наиболее активно формирующимся структурным звеном самосознания детей 7–8 лет вне зависимости от пола и условий воспитания. Количество агрессивных реакций при депривации данного звена резко возрастает, а в итоге их проявление выше, чем в целом по выборке.

С увеличением возраста детей как из НС, так и из ВПС становление структурных звеньев самосознания и развитие способности отстаивать свою позицию выражается в общей тенденции роста адекватного лояльного и уменьшения неадекватного лояльного способов реагирования, причем различия отмечаются в более быстром темпе роста адекватного лояльного типа поведения и меньшем снижении неадекватных лояльных реакций у детей из ВПС в сравнении с детьми из НС (по всем типам реакций различия статистически значимы по F-критерию при p=0,999).

Исследование, проведенное методом депривации структурных звеньев самосознания, дает яркую картину того, что тип семьи ребенка (ВПС, НС) оказывает то или иное влияние на особенности реагирования в ситуациях фрустрации и формирование самосознания.

В исследовании психологического времени личности с помощью теста «Ретроспективная рефлексия, обращенность в настоящее и будущее» приняли участие 120 детей, из них 60 — дети из воцерковленных православных семей и 60 — дети из невоцерковленных семей в возрасте 5–8 лет. Девочки и мальчики в каждой выборке представлены поровну, по 30.

Как и ожидалось, большая часть ответов детей вне зависимости от религиозной ориентации семьи направлена на будущее, причем у девочек существенно выше — на ближайшее будущее и прошлое, чем на настоящее и отдаленное будущее, у мальчиков — на ближайшее будущее и далекое будущее, чем на прошлое и настоящее. При этом ответы девочек из ВПС, в сравнении с их сверстницами из НС, в большей степени направлены именно на ближайшее будущее.

Если учесть общую тенденцию общественности кризисной России уходить от реалий настоящего в туманные перспективы демократического будущего, то такую направленность детей из воцерковленных православных семей можно считать сугубо положительным фактором.

Далее. Проявились различия между сравниваемыми группами как девочек, так и мальчиков в понимании содержания понятия «хороший». Ответы детей из ВПС и в количественном, и в качественном отношении несравненно выше своей направленностью в сторону конкретной защиты конкретных людей в отличие от детей из НС, проникнутых абстрактными понятиями «быть добрым» вообще.

Исследование содержательного наполнения самосознания как эмоционального ощущения себя мы проследили на примере теста «Дом — Дерево — Человек». В исследовании приняли участие 160 детей. Из них: 80 — дети из воцерковленных православных семей и 80 — дети из невоцерковленных семей в возрасте 5–8 лет. Девочки и мальчики в каждой выборке представлены поровну, по 40.

Анализ детских рисунков показал: у детей из ВПС, в отличие от детей из НС, представлено намного меньше негативных симптомов (незащищенность, враждебность, конфликтность, трудности общения и депрессивность), в особенности симптом «враждебность». И в то же время симптом «тревожность» выражен одинаково у тех и других.

ВЫВОДЫ

1. Особенностью поведения детей 5– 8 лет из ВПС в ситуациях депривации структурных звеньев самосознания, по сравнению с детьми из НС, является преобладание корректного (адекватного лояльного и неадекватного лояльного) типа поведения, а также низкий уровень агрессивных реакций.

Различия в данных типах реакций чаще всего проявляются в ситуациях со следующими значимыми другими: по адекватным лояльным реакциям — с воспитателями (учителями), родителями; неадекватным лояльным — с родителями; агрессивным — со сверстниками. Подобные тенденции проявляются при депривации отдельных структурных звеньев самосознания.

2. Общая тенденция детей из ВПС и НС на пути взросления от 5–6 к 7–8 годам проявляется в увеличении с возрастом адекватного лояльного и уменьшении неадекватного лояльного способа реагирования как свидетельства о становлении структурных звеньев самосознания, развитии защитных функций, способности четче отстаивать свою позицию. Причем у детей из ВПС они проявляются в большей степени.

Чаще всего различия в названных типах реакций акцентируются в ситуациях: по адекватным лояльным реакциям — с родителями, неадекватным лояльным — с учителями. Различия между детьми из НС и ВПС отмечаются в более быстром темпе роста адекватного лояльного типа поведения и меньшем снижении неадекватных лояльных реакций детей из ВПС по сравнению с детьми из НС (от 5–6 к 7–8 годам).

3. У девочек по сравнению с мальчиками 5–8 лет, вне зависимости от ориентации семьи, проявляется тенденция к преобладанию адекватного лояльного, неадекватного лояльного и меньшей выраженности агрессивного типа поведения.

4. Особенностью поведения детей 5–8 лет из ВПС по сравнению с детьми из НС в ситуациях без фрустрации является меньшая выраженность реакций фрустрации с агрессией. Чаще всего данное различие проявляется в ситуациях взаимодействия с родителями.

5. Осознание детьми психологического времени (прошлое, настоящее, будущее) зависит как от ориентации семьи, так и от половой принадлежности ребенка. Так: 1) ответы детей из ВПС, в отличие от ответов детей из НС, существенно больше направлены в сторону конкретной защиты конкретных людей, а ответы детей второй сравниваемой группы — в сторону более абстрактного понятия «быть добрым»; 2) ответы девочек больше ориентированы на ближайшее будущее и прошлое, чем на настоящее и отдаленное будущее, а мальчиков — на ближайшее и далекое будущее, чем на прошлое и настоящее.

6. У детей из ВПС негативные симптомокомплексы «незащищенность», «враждебность», «конфликтность», «трудности общения» и «депрессивность» проявляются реже, чем у детей из НС; симптом «тревожность» одинаково выражен у детей обеих сравниваемых групп.

Однако наибольшее количество статистически значимых различий в сравниваемых группах детей из ВПС и НС выявлено по симптомам «враждебность» и «трудности общения».

И в то же время девочки в сравнении с мальчиками, вне зависимости от религиозной направленности семьи, в большей степени проявили симптомокомплекс «незащищенность» и в меньшей — «враждебность».

________________________________

1. Беляускайте Р.Ф. Рисуночные пробы как средство диагностики развития личности ребенка // Диагностическая и коррекционная работа школьного психолога / Отв. ред. И.В. Дубровина. М.: Б.и., 1987. С. 67–80.

2. Мухина В.С. Проблемы генезиса личности. М.: Педагогика, 1986.

3. Мухина В.С., Хвостов К.А. Психодиагностика развивающейся личности: проективный метод депривации структурных звеньев самосознания. Архангельск, 1996.

4. Носкова Н.В. Диагностика и коррекция структурных звеньев самосознания в дошкольном возрасте: Канд. дис. М., 1994.

5. Соколова Е.Т. Проективные методы исследования личности. М.: Изд-во МГУ, 1980.

6. Тимошенко Е.П. Психологическое время в структуре самосознания 6-летнего ребенка: Автореф. канд. дис. М., 1989.

Поступила в редакцию 2. III 2001 г.

Смотрите также:

Статьи

Новости психологии

12.10.2021 12:32:00

Открылся телефон бесплатной психологической помощи для родителей


12.10.2021

||| Конгресс "Психическое здоровье человека XXI века"


12.10.2021

Детский фонд ЮНИСЕФ сообщает о положении детей в мире в 2021



Медиатека

Все ролики

Партнеры

Центр междисциплинарных исследований современного детства МГППУЦентр междисциплинарных исследований современного детства МГППУ
childresearch.ru
Портал психологических новостейПортал психологических новостей
psypress.ru
Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru Портал психологических изданий PsyJournals.ru

Электронная библиотека по психологии

Электронная библиотека по психологии – psychlib.ru
Электронная библиотека Московского государственного психолого-педагогического университета – Электронные документы и издания в области психологии и смежных дисциплин.
Регистрация | Расширенный поиск | О проекте

Логотип PsyJournals.ru Новые выпуски научных и научно-практических периодических изданий по психологии и педагогике:
Актуальные статьи, Ведущие журналы, Цитируемые авторы, Широкий спектр ключевых слов.
Все издания индексируются РИНЦ
 

© 2005–2021 Детская психология — www.Childspy.ru, Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-68288
© 1997–2021 Московский Государственный Психолого-Педагогический Университет
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции

FacebookTwitter
  Яндекс.Метрика